пятигорск | кисловодск | ессентуки | железноводск | кавминводы
Пятигорский информационно-туристический портал
 • Главная• СсылкиО проектеФото КавказаСанатории КМВ
А. С. ПУШКИН И СЕВЕРНЫЙ КАВКАЗ • Автор: Н. В. МаркеловОГЛАВЛЕНИЕ


 А. С. Пушкин и Северный Кавказ 

«Смотреть на истину прямыми глазами...»

Предлагая своему лицейскому другу «поговорить о бурных днях Кавказа», Пушкин едва ли предполагал, что их бесконечная череда растянется на десятилетия кровавой Кавказской войны. Рыскающий в горах воинственный разбой еще долго тревожил русскую литературу, подвергая вполне реальной опасности пленения ее лучших представителей.

В июле 1828г. А. С. Грибоедов, назначенный министром-резидентом в Персию, совершил переезд по Военно-Грузинской дороге. Только случайность уберегла его от нападения горцев и возможного плена. За несколько верст до станции Коби, как вспоминает его спутник и второй секретарь посольства Карл Аделунг, «нас встретил майор Челяев со свитой примерно в 10 человек казаков и грузин; он был знаком с Грибоедовым раньше; узнав об его приезде, вышел его приветствовать... После того как мы прошли верст 5 по очень трудной дороге, встретились нам несколько осетин, которые отозвали Челяева в сторону и что-то сказали ему на ухо. Мы узнали, что в трех верстах отсюда собрались 300 осетин, чтоб напасть на проезжающих; люди, которые сообщили нам это известие, были разведчиками. Несмотря на это предупреждение, Грибоедов решил ехать дальше, но, уступив в конце концов просьбам и мольбам Челяева, вернулся, с тем чтоб продолжить путь на другой день».

Декабрист Александр Бестужев был переведен из сибирской ссылки рядовым в войска Кавказского корпуса. «Зачинщик русской повести», как назвал его Белинский, сумел здесь вернуться к литературной деятельности и опубликовал, под псевдонимом Марлинский, многие увлекательные повести. Полный новых впечатлений, он в первом же кавказском очерке делится наблюдением, сделанном в горном краю: «Там над головою путника вьется разбойник воздуха — орел, там рыщет разбойник лесов — волк и разбойник гор — черкес; припав за камнем, готовит им и себе добычу». Перу Бестужева принадлежит и «Рассказ офицера, бывшего в плену у горцев», составленный, как можно заключить, на основе реальных событий. Объясняя склонность горцев к грабительским набегам, писатель приходит к выводу, что «хищничество есть единственная их промышленность, единственное средство одеться и вооружиться. Скалы родные дают ему скудную пищу, стада - грубую одежду, но ему хочется иметь винтовку с насечкою, кафтан с галуном; хочется купить прекрасную жену и пить густую бузу или вино - и как вы хотите, чтобы человек храбрый от привычки, потому что он осужден от ко-лыбели выбивать свое существование у грозной природы, чтобы человек сильный, и к этому всему нищий, не хотел присвоить себе все, что ему по силам? На грабеж идет он как на охоту, и добыча, взятая из зубов опасности, для него и плата за труд, и слава за подвиг, и приманка на будущие набеги».

Считается, что Бестужев погиб в июне 1837 года при высадке русскими десантами на мысе Адлер. Однако тело его после боя найдено не было, и, по существующему предположению, он окончил свои дни, томясь в горском плену.

Наиболее желанной боевой добычей для горцев были именно русские офицеры. В стихотворении «Валерик» Лермонтов приводит предсмертный бред раненого капитана («Спасите, братцы, — Тащат в горы...»), передающий, видимо, вполне реальный боевой эпизод. Сам Лермонтов также подвергался опасности пленения. Вот что сообщает он своему другу в письме из Тифлиса: «... Два раза в моих путешествиях отстреливался: раз ночью мы ехали втроем из Кубы, я, один офицер нашего полка и черкес (мирный, разумеется), и чуть не попались шайке лезгин». Позднее в его странствиях был еще случай, когда поэт едва ушел от настигающей его погони. По рассказу журналиста и издателя А. А. Краевского, Лермонтов подарил ему свой кинжал, которым однажды отбивался «от трех горцев, преследовавших его около озера между Пятигорском и Георгиевским укреплением. Благодаря превосходству своего коня поэт ускакал от них. Только один его нагонял, но до кровопролития не дошло. — Михаилу Юрьевичу доставляло удовольствие скакать с врагами на перегонку, увертываться от них, избегать перерезывающих ему путь». Рассказ этот подтверждают и воспоминания кавказского офицера П. И. Магденко, попутчика в одной из поездок поэта. По его словам, Лермонтов «указывал нам озеро, кругом которого он джигитовал, а трое черкес гонялись за ним, но он ускользнул от них на лихом своем карабахском коне».

Осенью 1843 года два месяца в плену у горцев провел приятель Лермонтова — Михаил Глебов (секундант на последней дуэли поэта). Нет худа без добра: история эта, а также удачный побег Глебова наделали много шума и способствовали, как полагают, его быстрой служебной карьере: в чине ротмистра гвардии он попал в адъютанты к самому наместнику Кавказа князю Воронцову.

В июне 1853 года нападению чеченцев подвергся фейерверкер 4-го класса граф Лев Николаевич Толстой. На пути из крепости Воздвиженской в Грозную группа офицеров, в которой были Толстой и его чеченский кунак Садо Мисербиев, отделилась от основного отряда. Попытка избежать монотонного движения в колонне окончилась печально: атака конных горцев была внезапной и молниеносной. Толстой и Садо поскакали в сторону Грозной и сумели оторваться от погони. Остальные повернули к отряду, но лишь один офицер успел спастись. Двое других серьезно пострадали: П. А. Полторацкий получил несколько разящих сабельных ударов, а Г. Д. Щербачев вскоре скончался от тяжелых ран. О происшествии Толстой записал в дневнике: «Едва не попался в плен, но в этом случае вел себя хорошо...».

Трудно судить, какой неповторимый опыт приобрел бы в чеченской неволе будущий автор «Казаков» и «Хаджи-Мурата». Во всяком случае, описанная ситуация явно напоминает ту, когда пленниками гор оказались его Жилин и Костылин.

Вслед за Пушкиным своих «Кавказских пленников» написали Лермонтов и Лев Толстой. Сбросив «обветшалые лохмотья» романтизма, оба они, участники бесконечной кавказской драмы, изображали войну такой, какой видели сами — «в крови, в страданиях, в смерти». Оценивая стихотворение «Валерик», запечатлевшее сцены тяжелого сражения в Чечне, Белинский писал, что отличительный характер поэзии Лермонтова заключается «в его мощной способности смотреть прямыми глазами на всякую истину». В «Хаджи-Мурате» Толстого есть горькие и честные строки о ненависти чеченцев к русским. Отметим, однако, и другое: в нашей классике русский пленник всегда обязан своей вновь обретенной свободой горянке. Реальность непримиримой войны была намного страшнее, но, даже понимая это, авторы «Пленников» переписывали исход жестокого сюжета по-своему — так, как им подсказывало сердце.

Читать на тему: Пушкин и Северный Кавказ (Автор: Л. А. Черейский)


БИБЛИОТЕКА

От автора

«ИЗВЕСТНА В НАШЕЙ ИСТОРИИ...»
«Бештовые горы, из одной течет вода горячая...»
«Крепость при Бештовых горах»
«В ясную погоду можно увидеть Каспийское море»

«БЫЛ НОВЫЙ ДЛЯ МЕНЯ ПАРНАС...»
«Свидетель Екатерининского века»
«На скате каменных стремнин»
«Забуду ли его кремнистые вершины...»
«В соседстве Бештау и Эльбруса»
«Где за Машуком день встает, а за крутым Бешту садится...»
«Исполинский храм о пяти куполах»

«ГДЕ РЫСКАЕТ В ГОРАХ ВОИНСТВЕННЫЙ РАЗБОЙ...»
«В глухих ущельях Кавказа...»
«Стихи моего сердца»
«И влек за ним аркан летучий младого пленника...»
«Пушкин предстал мне в новом свете...»
«Смотреть на истину прямыми глазами...»

«В РАССУЖДЕНИИ ЗАВОЕВАНИЯ ИНДИИ...»
«Преданья грозного Кавказа...»
«И только некоторые военные люди знают, что в то же самое время происходило на востоке...»
«Ты самый молодой, но самый храбрый генерал в Европе...»
«В рассуждении достоинства он никогда не переменяет мыслей»
«Смерть наших героев»
«На лоне мстительных грузинок»
«Явился пылкий Цицианов»
«Бич Кавказа»

«МСТИСЛАВА ДРЕВНИЙ ПОЕДИНОК...»

«СМИРИСЬ, КАВКАЗ: ИДЕТ ЕРМОЛОВ!»
«Кавказ — это огромная крепость...»
«Ваша слава принадлежит России...»
«Один из самых умнейших и благонамереннейших людей в России»
«Как при Ермолове ходили в Чечню, в аварию, к горам...»
«Был всегда только интриган и никогда не был патриотом»
«Я боюсь, чтобы Ермолова навсегда не зарыли в Грузии»
«Преданность, которую он внушал, была беспредельна»
«Гордые скалы Кавказа»

«Я ЕХАЛ В ДАЛЬНЫЕ КРАЯ...»
«Я заехал на горячие воды...»
«Вблизи развалин Татартуба...»

«МЫ ПОДЫМАЛИСЬ ВСЕ ВЫШЕ И ВЫШЕ...»
«Старый памятник, обновленный Ермоловым»
«Твой монастырь за облаками...»

«МЫ ПОВСТРЕЧАЛИСЬ С НИМ НА ГУТ-ГОРЕ...»
«Я солдат и лечу к стенам Эрзерума...»
«Я был в нескольких жарких делах»
«Непогоды ржавят струны, и ветры рвут их...»
«Во мне слишком много горячей крови...»

«В ПОЛВЕРСТЕ ОТ АНАНУРА... ВСТРЕТИЛ ХОЗРОВ-МИРЗУ...»

«МОГУЧИЙ МСТИТЕЛЬ ЗЛЫХ ОБИД»
«Гром победы»
«Храм славы»
«Вослед блестящего героя»
«Глупейший и счастливейший из военных дураков»
Пятигорск, улица Паскевича?

«МАШУК, ПОДАТЕЛЬ СТРУЙ ЦЕЛЕБНЫХ...»
«Кавказские воды представляют ныне более удобностей...»
«В одно из первых чисел апреля...»

БИБЛИОТЕКА
«Дорогие гости Пятигорска»
«А. С. Пушкин и Северный Кавказ»








Рейтинг@Mail.ru Использование контента в рекламных материалах, во всевозможных базах данных для дальнейшего их коммерческого использования, размещение в любых СМИ и Интернете допускаются только с письменного разрешения администрации!