пятигорск | кисловодск | ессентуки | железноводск
Пятигорский информационно-туристический портал
 • Главная• СсылкиО проектеФото КавказаСанатории КМВДобавить в избранное
ЛЕРМОНТОВСКИЙ ПЯТИГОРСК • С. В. ТрубецкойОГЛАВЛЕНИЕ


Яндекс.Метрика
 Пятигорск 

С. В. Трубецкой

С. В. ТрубецкойСергей Васильевич Трубецкой (1814—1859) принадлежал к числу друзей Лермонтова, был секундантом на дуэли поэта с Мартыновым. О теплом дружеском отношении к нему поэта свидетельствует датируемая серединой апреля 1841 года запись в дневнике Ю. Ф. Самарина.

«Помню его [Лермонтова] поэтический рассказ о деле с горцами, где ранен Трубецкой... Его голос дрожал, он был готов прослезиться...» Биографические сведения о Сергее Васильевиче Трубецком есть в книге С. А. Панчулидзева «История кавалергардов».

«Кн. Сергей Васильевич Трубецкой... в службу вступил 5 сентября 1833 г. из камер-пажей корнетом в кавалергардский полк; 12 сентября 1834 г. «за известную его импер. высочеству шалость» отправлен в л-гв. Гродненский гусарский полк, откуда возвращен в кавалергарды 12 декабря того же года. 27 октября 1835 года «за причинение ночью в Новой деревне с двумя другими офицерами беспорядка и по жалобе жителей» переведен тем же чином в Орденский кирасирский полк, в 1836 г. произведен поручиком, в 1837 г. переведен корнетом в л-гв. кирасирский ее величества полк; 13 января 1840 г. назначен состоять по кавалерии, с прикомандированием к Гребенскому казачьему полку; участвовал в экспедиции ген. Галафеева и в деле при р. Валерике (11 июля 1840 г.) ранен пулею в грудь; в 1842 г. переведен в Апшеронский пехотный полк; 18 марта 1843 года уволен от службы за болезнью, с определением к статским делам. Был женат на Екатерине Петровне Пушкиной, у них дочь София».

Приведенная выписка отражает невзгоды, настигавшие Трубецкого во время пребывания его в разных гвардейских и армейских полках. В том же источнике мы находим объяснение причин этих невзгод. Граф П. X. Граббе, командовавший войсками на Кавказской Линии и в Черномории, так отзывается о С. В. Трубецком: «С умом, образованием, наружностью, связями по родству, он прокутил почти всю жизнь, как наиболее случается у нас с людьми, счастливее других одаренными».

«Он был из тех остроумных, веселых и добрых малых, которые весь свой век остаются Мишей, или Сашей, или Колей. Он и остался Сережей до конца и был особенно несчастлив или неудачлив... Конечно, он был кругом виноват во всех своих неудачах, но его шалости, как ни были они непростительны, сходят с рук многим, которые не стоят бедного Сергея Трубецкого. В первой молодости он был необычайно красив, ловок, весел и блистателен во всех отношениях, как по наружности, так и по уму, и у него было теплое, доброе сердце и та юношеская беспечность с каким-то ухарством, которая граничит с отвагой и потому, может быть, пленяет. Он был сорвиголова, ему было море по колено, увы, по той причине, к которой относится эта поговорка, и кончил жизнь беспорядочно, как провел ее, но он никогда не был злым, ни корыстолюбивым... Жаль такой даровитой натуры, погибшей из-за ничего...»

Чтобы иметь представление о «шалостях» Трубецкого, о которых рассказывает Блудова, воспользуемся штрафным журналом кавалергардского полка:

Не говоря о проступках обычного характера: курение не вовремя трубки перед фронтом полка, прогулки рядом с подпрапорщиком, отлучки с места дежурства и т. п., остановимся только на двух случаях, наиболее характерных для Трубецкого.

Первый проступок, совершенный им совместно с штаб-ротмистром Кротковым, так описан в штрафном журнале под датою 14 августа 1834 года:

«11 числа сего месяца, узнав, что графиня Бобринская с гостями должны были гулять на лодках по Большой Неве и Черной речке, вознамерились в шутку ехать им навстречу с зажженными факелами и пустым гробом...»

Последствием этой шутки для обоих ее участников был арест с содержанием на гауптвахте. Второй случай «шалости» с участием еще двух офицеров, упоминаемый Паичулидзевым и послуживший причиной перевода Трубецкого в армейский полк, изложен в записи от 1 сентября 1835 года: «За то, что после вечерней зори во втором часу на улице в Новой деревне производили разные игры не с должной тишиной, арестованы с содержанием на гауптвахте впредь до приказания». О рискованной выходке С. В. Трубецкого в кисловодской ресторации 22 августа 1840 года на балу, проходившем по случаю дня коронации Николая I, вспоминает Э. А. Шан-Гирей:

«В то время, в торжественные дни все военные должны были быть в мундирах, а так как молодежь, отпускаемая из экспедиций на самое короткое время отдохнуть на Воды, мундиров не имела, то и участвовать в парадном балу не могла, что и случилось именно 22 августа (день коронации) 1840 г. Молодые люди, в числе которых был и Лермонтов, стояли на балконе у окна... В конце вечера, во время мазурки, один из не имевших права входа на бал, именно князь Трубецкой, храбро вошел и торжественно пройдя всю залу, пригласил девицу сделать с ним один тур мазурки, на что она охотно согласилась. Затем, доведя ее до места, он также промаршировал обратно и был встречен аплодисментами товарищей за свой героический подвиг, и дверь снова затворилась. Много смеялись этой смелой выходке и только; а кн. Трубецкой (тот самый, который был в 1841 г. во время дуэли Лермонтова) мог бы поплатиться и гауптвахтой».

Такую же склонность к риску Трубецкой проявил и в 1841 году. Мы знаем об этом из позднейших пояснений по поводу обстоятельств дуэли, сообщенных А. И. Васильчиковым Висковатому

«Собственно секундантами, — вспоминал Васильчиков,- были: Столыпин, Глебов, Трубецкой и я. На следствии же показали: Глебов себя секундантом Мартынова, я - Лермонтова. Других мы скрыли. Трубецкой приехал без отпуска и мог поплатиться серьезнее». Принимая на себя обязанности секунданта, С. В. Трубецкой заведомо рисковал, так как это могло закончиться для него крайне неблагоприятно. Интересные сведения о С. В. Трубецком мы находим в статье Э. Г. Герштейн «Лермонтов и кружок шестнадцати».

«С. В. Трубецкой,- пишет она,- интересен для нас тем, что Лермонтов выбрал его своим секундантом на дуэли с Мартыновым. Кроме того, Трубецкой был тесно связан дружбой с Н. А. Жерве. Упоминая историю высылки Жерве в 1835 г., я уже говорила, что высланный одновременно с ним Трубецкой был взят под секретный надзор. Со времени этой высылки вплоть до смерти Трубецкого его судьба проходила под знаком особого нерасположения к нему Николая I и всех «верхов». Это выясняется из переписки секретной части инспекторского департамента. В январе 1840 г. Трубецкой вторично высылается, на этот раз на Кавказ. Вместе с Лермонтовым и членами «кружка шестнадцати» он участвовал в сражении при р. Валерик и был здесь тяжело ранен. Несмотря на это, в награде ему было так же, как и Лермонтову, отказано. В феврале 1841 г. он приезжает в отпуск в Петербург для прощания с умирающим отцом и лечения раны. Николай I лично налагает на него домашний арест. Во все время пребывания Лермонтова и его друзей по «кружку шестнадцати» в Петербурге Трубецкой безвыходно находился дома, «не смея ни под каким предлогом никуда отлучаться», а в апреле, следуя «высочайшему повелению» царя, еще больной, был отправлен назад на Кавказ. Здесь он поселился вместе с Лермонтовым и через месяц был его секундантом на дуэли с Мартыновым».

Здесь теперь приведено примерно все, что до ,сего времени было известно о С. В. Трубецком.94 В дополнение к этим сведениям можно еще упомянуть о двух относящихся к нему неопубликованных архивных документах.

Первый из них представляет собой рекомендательное письмо от 24 января 1840 года на имя генерала П. X. Граббе, посланное отцом С. В. Трубецкого с просьбою принять его сына под генеральское покровительство

«В приятной уверенности,- пишет старик Трубецкой,- что Ваше превосходительство не забыли еще меня, вашего прежнего товарища, и в лестной по сему надежде на дружеское ко мне благорасположение, я обращаюсь теперь к вам и поручаю сына моего поручика князя Сергея Трубецкого в милостивое покровительство ваше; покорнейше и убедительнейше прошу принять его с милостивым участием. Желание служить под 'Начальством вашим и воспользоваться случаями к отличию на военном поприще побудило молодого человека перейти в Кавказский корпус, и в сем положении моему отеческому сердцу остается только утешать себя приятною мыслью, что он найдет в вас покровителя, отца-командира и заслужит ваше внимание»...

Второй документ — приказ по войскам Кавказской Линии от 8 февраля 1840 года о зачислении кн. С. В. Трубецкого на службу.

Вот его текст: «Назначаются: лейб-гвардии кирасирского его величества полка корнет князь Трубецкой состоять по кавалерии поручиком с прикомандированием к Кавказскому Линейному казачьему войску».

Оба документа ставят под сомнение утверждение Э. Г. Герштейн, что в январе 1840 года Трубецкой был вторично выслан на Кавказ

Невозможно предположить, чтобы отец С. В. Трубецкого, говоря о своем высланном на Кавказ сыне, мог писать, что «желание служить под начальством вашим и воспользоваться случаями к отличию на военном поприще понудило молодого человека перейти в Кавказский корпус». Старику Трубецкому было, конечно, хорошо известно, что командующий войсками на Кавказской Линии генерал Граббе не мог не знать, на каких основаниях прибывает к нему тот или другой офицер и потому едва ли князь решился бы ввести генерала в заблуждение.

О том, что С. В. Трубецкой поехал в 1840 году на Кавказ добровольно, можно заключить и из приведенного выше приказа по Линии, в котором не только нет никакого намека на ссылку, но даже отмечено повышение в чине, чего при ссылке не могло быть. Приказ этот, последовавший вслед за письмом старого князя, может также свидетельствовать, как внимательно отнесся Граббе к своему прежнему сослуживцу.

Из истории Пятигорска 1820-1830-х годов.
Начало застройки
Дороги
Условия жизни
Посетители
Торговля
Дома Е. А. Хастатовой в Пятигорске и Кисловодске
Преобразование Горячих Вод в город Пятигорск
Пятигорье в юношеских произведениях Лермонтова

Пятигорск периода первой ссылки М. Ю. Лермонтова на Кавказ
В изгнание
«...Я приехал на воды весь в ревматизмах»
Чистенький, новенький городок
Емануелевский парк
Пятигорский бульвар и площадка у Елизаветинского источника
Беседка «Эолова арфа»
Пятигорская ресторация
Пятигорский Провал
Почта
Магазин Челахова
У целебных источников
Доктор Ф. П. Конради

Кавказское окружение М. Ю. Лермонтова в 1837 году
П. И. Петров
А. А. Хастатов
Н. М. Сатин
Н. В. Майер
Н. П. Колюбакин
О прототипах княжны Мери
Встречи с декабристами
В. Д. Вольховский

Вторая ссылка М. Ю. Лермонтова на Кавказ
Лермонтов на Кавказе в 1840 году
Поездка в Петербург в начале 1841 года
Последний приезд в Пятигорск
Дом на усадьбе В.И.Чиляева (Домик Лермонтова)
Лечебные ванны
Дом Верзилиных
Генеральша Мерлини
Тайный надзор на Кавказских Минеральных Водах

Ближайшее окружение поэта
А. А. Столыпин (Монго)
С. В. Трубецкой
М. П. Глебов
А. И. Васильчиков
Р. И. Дорохов
Л. С. Пушкин
Н. П. Раевский
Снова в кругу декабристов
Последние встречи
Н. С. Мартынов - убийца поэта
А. С. Траскин
Перед дуэлью
Дуэль
После дуэли
Увековечение памяти М. Ю. Лермонтова в Пятигорске








Рейтинг@Mail.ru Использование контента в рекламных материалах, во всевозможных базах данных для дальнейшего их коммерческого использования, размещение в любых СМИ и Интернете допускаются только с письменного разрешения администрации!