пятигорск | кисловодск | ессентуки | железноводск
Пятигорский информационно-туристический портал
 • Главная• СсылкиО проектеФото КавказаСанатории КМВДобавить в избранное
СТАТЬИ • Притяжение Белой Виллы • «Памятники Отечества»ОГЛАВЛЕНИЕ


Яндекс.Метрика
 Статьи 

Притяжение Белой Виллы

Н. А. Ярошенко6 февраля 1885 года генерал-лейтенант Михаил Григорьевич Черняев (герой войны на Балканах) и Мария Павловна Ярошенко заключили купчую крепость на продажу и приобретение имения, «мерою... три тысячи двести четырнадцать... квадратных сажень, с деревянным одноэтажным домом под соломенною крышею о восьми комнатах с прихожею и кухнею, с деревянным одноэтажным домом под соломенною крышею о четырех комнатах с прихожею, с каменного кухней под соломенною крышею о двух комнатах, с каменным сараем, с каменным под соломенною крышею ледником и деревянной кухней под соломенною крышею о двух комнатах. А взял он, Черняев, у нее, Ярошенко, за то свое недвижимое имение — со всем написанным — денег пять тысяч серебром...».

Совершая купчую крепость, Мария Павловна — новая владелица усадьбы — выполняла поручение своего мужа, уже знаменитого художника. В 1874 году штабс-капитан артиллерии Николай Александрович Ярошенко, начальник штамповальной мастерской на Петербургском патронном заводе, завершил обучение, как вольнослушатель, в Академии художеств. В этом же году он женился на дочери коллежского асессора Марии Павловне Навротиной. А своим четырехмесячным отпуском распорядился следующим образом: месяц провел под Петербургом у своего учителя и друга Ивана Николаевича Крамского, организатора и руководителя Товарищества передвижных художественных выставок, гостил в Полтаве и, наконец, приехал в Пятигорск. В течение месяца художник много ездит по Кавказу, рисует с натуры. Альбом заполнен портретными набросками горцев и горянок в национальных костюмах, видами Железноводска, аулов станицы Магомед-Юрт...

С 1882 года Николай Александрович стал приезжать на Кавказ ежегодно. Рос круг его общения. Постепенно созрело и решение приобрести дом в Кисловодске. Знакомая Ярошенко С. Караскевич пишет об этом почтенном строении так: «... Поселили меня в старом доме, в котором когда-то жил генерал Черняев, герой войны 1877 года. Звали старый обомшелый дом «Гудауром» и весь он тонул в зелени старых акаций, каштанов и цветущих кустов...»

Год от года меняла свой облик усадьба. «По понедельникам, — рассказывает С. Караскевич, — в Кисловодске были базары... Мария Павловна, покрытая белым платком, бродила по базару между арбами, на которых лежали массивные бревна: в ту пору она заготавливала материал для прелестной виллы...». И далее С. Караскевич говорит о том, что довелось увидеть уже в 1896 году: «На месте старого, полусгнившего «Гудаура» красовалась белая вилла, терраса которой расписана художниками-гостями Ярошенко. В античных фигурах, воспроизводящих помпейские фрески, Мария Павловна указывала мне знакомые лица: вот Д. И. Менделеев, а вот Е. О. Симановская — далее пенсне художник приделал...» Уже в год приобретения усадьбы, супруги Ярошенко принимают своих первых гостей — известного писателя Г. Успенского, публициста Н. Михайловского. В 1890 году впервые в Кисловодск приезжает художник Михаил Васильевич Нестеров, большой друг семьи Ярошенко. В книге воспоминаний «Давние дни» он самые теплые слова посвящает супругам Ярошенко. В разные годы здесь жили летом Куинджи, Менделеев, Нестеров, Касаткин, Дубовской и многие другие.

Дача Ярошенко становилась местом встреч духовно близких людей. В первые летние месяцы дом оживал, наполнялся голосами и начиналась, вплоть до осени, жизнь, не похожая на суетную петербургскую, — с долгими, за полночь, чаепитиями и беседами в кругу близких, с прогулками в окрестностях Кисловодска, путешествиями по Кавказу и наездами многочисленных гостей... «Жду Шишкина и Дубовского, чтобы вместе отправиться в горы», — пишет Н. А. Ярошенко художнику И. С. Остроухову, приглашая и его. «Без меня здесь был Репин. Пробыл сутки и уехал дальше...». Через месяц снова И. С. Остроухову: «Шишкин не приехал. Дубовской же гостит у меня...».

«...В Кисловодск, — вспоминает дочь Д. И. Менделеева, — мы ехали гостить на несколько дней к художнику-передвижнику Николаю Александровичу Ярошенко, которого очень любил и уважал мой отец. У Ярошенко была своя дача в Кисловодске. Нас ждал он и его жена Мария Павловна, и мы были встречены как близкие родные». Николай Алексеевич Касаткин в письмах к родным сообщает: «На Кавказе я прожил лето очень хорошо, встретился с людьми милыми и хорошими. Ярошенко по обычаю своему и ласковы, и гостеприимны».

Блестящий собеседник в кругу близких, то серьезный, то остроумный, Николай Александрович был душой «кружка». К общению с ним стремились те, кто появлялся в квартире на улице Сергиевской в Петербурге, и те, кто приезжал в Кисловодск. «Маленькая квартирка артиллерийского полковника на пятом этаже... полна народа. Кого-кого тут нет! Весь культурный Петербург здесь... Часов около 12 приглашают к ужину. Как в этой маленькой столовой уместится такое множество гостей, это знают только гостеприимные хозяева... да еще так озабоченная матушка Марии Павловны. Тесно, но как-то усаживаются... На ужинах у Ярошенко вкусно ели, а пили мало. Говорили горячо, интересно, расходились поздно: часа в два и поздней...» — вспоминал очевидец.

С грустью напомнил Михаил Васильевич Нестеров уже в 1932 году одному из друзей Н. А. Ярошенко: «... Быстро пролетело время с тех пор, как мы встретились с вами в Кисловодске на даче милых благородных Ярошенок»... В субботу, 27 июня 1898 года многие газеты поместили телеграммы со следующим сообщением: «Кисловодск. 25 июня. Сегодня, в 9 часов утра, скоропостижно скончался в Кисловодске художник Николай Александрович Ярошенко». Спустя месяц, несколько успокоившись, Мария Павловна напишет И.С.Остроухову: «В такое время оставаться одной много тяжелее. Четыре, три, даже два года тому назад я боялась за Н. Ал., а в этом году совсем успокоилась... 25 июня, утром... он выставил этюды шахтеров. Собирался к выставке начать писать картину из жизни шахтеров и в половине июля хотел ехать на две недели в рудники писать этюды... На 50-м году выучился английскому языку, совсем свободно читал, переводил, получал английские журналы для чтения, практически изучал язык, я просто удивлялась его настойчивости...»

Похоронили Николая Александровича возле церкви в ограде, под раскидистым деревом.

Теперь все заботы, все мысли Марии Павловны были направлены на то, как лучше почтить память мужа и художника. За исполнение памятника взялись художник-передвижник Н. Дубовской (в музее хранятся два эскиза архитектурной части надгробия его работы) и украинский скульптор-передвижник Л. Позен, который выполнил бюст, затем отлитый в бронзу. Памятник установлен был на могиле художника в годовщину его смерти — в 1899 году.

31 января 1899 года открылась выставка картин, этюдов и рисунков Ярошенко в Москве, и «очень удачно», как считали друзья художника. Началась переписка его жены с Н. Н. Дубовским и И. С. Остроуховым по поводу издания художественного альбома произведений художника. Альбом «Николай Александрович Ярошенко. Его жизнь и произведения. 48 фототипий» в количестве 300 экземпляров увидел свет через десять лет после кончины художника.

Но мечтой Марии Павловны оставалось создание музея имени художника. «Она хотела, — пишет С. Караскевич, — для этого завещать Белую виллу, в которую поместить все картины не только самого Ник. Ал., но и всех его современников и товарищей по передвижным выставкам, портреты... Пусть это будет музей восьмидесятых годов, глухих и обидно забытых».

В 1900 году Мария Павловна обратилась к директору Пятигорской прогимназии с предложением о постройке художественной галереи с последующей передачей ее городу или учреждению, построившему здание. Прошение пошло по инстанциям. Признавая ценность коллекции, чиновники не нашли достаточных оснований для выделения средств на постройку здания.

Все последующие годы Мария Павловна заботилась только об одном: сберечь и сохранить картины Николая Александровича и его товарищей, подаренные в разное время. Не имея ничего, кроме небольшой пенсии и доходов от дачи в Кисловодске, делать это было нелегко. Она вновь обращается в Академию художеств «со всепокорнейшею просьбою» разрешить в залах Академии выставку картин Н. А. Ярошенко в год пятнадцатилетия со дня его кончины и получает отказ. Ведет переговоры с Полтавой о передаче коллекции на родину Николая Александровича...

14 сентября 1915 года Мария Павловна скоропостижно умерла в Кисловодске. Еще в 1914 году, накануне своего отъезда в Кисловодск, она составляет завещание, этим последним отменяя все составленные ранее. Своими душеприказчиками она назначила присяжного поверенного Николая Николаевича Тычино и художника Михаила Васильевича Нестерова. Ее похоронили рядом с Николаем Александровичем. «Ушел из жизни прекрасный образец женщины-друга, — напишет в письме А. А. Турыгину М. В. Нестеров после ее смерти, — знавшей на своем веку много самых выдающихся людей, бывшей с ними в самых лучших отношениях — Достоевский, Тургенев, Л. Толстой, Короленко, Гаршин, Менделеев, Каверин, Крамской, Ге и все выдающиеся передвижники лучшего времени бывали у них, пользовались их гостеприимством, лаской, участием. Оба Ярошенко редкой красоты люди...».

Все недвижимое имущество в Кисловодске по ул. Дундуковской, состоящее из участка земли с жилыми домами, постройками, службами и садом, приобретенное у генерала Черняева, а также участок земли, приобретенный у Кисловодского Слободского управления, Мария Павловна распорядилась продать. Часть картин, написанных Ярошенко и другими художниками, по усмотрению душеприказчиков продать, а остальные передать в музей имени Н. В. Гоголя в г. Полтаву на условиях, которые должны выработать душеприказчики. Но одно условие было непременным: в помещении музея для этих картин должен быть отведен зал с присвоением ему имени Николая Александровича Ярошенко.

Не забыла Мария Павловна и своих воспитанниц, определив им единовременные денежные выдачи. Среди других распоряжений были и такие: устроить в г. Кисловодске, по согласованию с Кисловодским городским общественным управлением, земское и городское училище. Одну тысячу рублей государственными бумагами внести в кисловодский собор Николая Чудотворца с тем, чтобы проценты с этой суммы шли на содержание в исправности могилы и памятника Николая Александровича Ярошенко. На могиле Марии Павловны должны были поставить черный гранитный крест, на что было ассигновано до двух тысяч рублей.

Внести государственными процентными бумагами в Московскую школу живописи, ваяния и зодчества шесть тысяч рублей для учреждения из процентных сумм с этих бумаг стипендии имени Ярошенко. Через год, 24 сентября 1916 года, духовное завещание Марии Павловны Ярошенко было утверждено Петербургским окружным судом.

Еще осенью 1915 года гостил В. Г. Короленко с женой. Писателю, жившему в Полтаве, она поручила возобновить переговоры по поводу учреждения картинной галереи на родине Ярошенко. В марте 1916 года Н. Н. Тычино узнает из письма Короленко, что отношение «... губернской управы к этому дару не оставляет желать ничего лучшего, и нет основания опасаться, что это изменится. ...Они готовы принять коллекцию хоть сейчас и временно разместить ее ... в Земской зале. Залы просторные, чисто, сухо. Но имеется ввиду построить ... вскоре особое здание музея...».

В конце 1917 года завещанная коллекция была передана родному городу Н. А. Ярошенко. Она стала основой музейного собрания. В эту коллекцию вошло более 100 картин и этюдов, 23 альбома с рисунками, произведения других художников-передвижников. В том же 1917 году, случайным людям была продана усадьба Ярошенко. Заплатив аванс, новые владельцы отказались платить оставшуюся сумму, хозяйничали на усадьбе, вырубали прекрасный фруктовый сад.

Прошло 43 года. В 1959 году решилась дальнейшая судьба главного усадебного дома (но не всей усадьбы). Здесь в 1962 году открылся музей Николая Александровича Ярошенко. Понадобилось еще 30 лет, чтобы отселить всех жильцов из гостевых и кухонного флигелей. Музей и усадьба год от года стали преображаться, к 100-летию со дня смерти художника они стали единым целым. Мы можем теперь повторить слова В. Г. Короленко, сказанные им в 1916 году: «Это именно то, о чем и мечтала Мария Павловна».

Жизнь художника продолжается в его творениях.

Тамара Дудкина, «Памятники Отечества».


Загрузка...

Оставить отзыв

Ваше имя:
Ваш отзыв:

Написанное мной подтверждаю

Наместник на Кавказе П. С. Воронцов
Наместник на Кавказе А. И. Барятинский
Генерал Г. А. Емануэль
И раздалось мощное: «Я здесь!»
Кисловодск Антону Павловичу понравился
Командировки мастера Раева
Гостиная Благодать
Дачные кварталы Ессентуков
Станция почтовых дилижансов
Крепость у кислого колодца
Целебные воды и горы
100 лет Кавминводам
Поезда пошли на юг
Археологические реликвии Кисловодска и его окрестностей
Лечебный парк Железноводска
Дворец эмира Бухарского
Большой Провал
Дары Железной горы
Дар божий в руках государства
Прошлое и настоящее Курзала
Воплощение мечты товарища Серго
Грязелечебница Евгения Шреттера
Первая в мире энергосистема
Наследие Ивана Байкова
Фотолетописец Кавказа
Алябьев в Пятигорске
Дом генерала Верзилина в Пятигорске
Н. Львов - первый зодчий Горячих Вод
Мелодия, услышанная композитором
Проходившие останавливались пораженные
Зодчий Самуил Уптон
Братья Бернардацци - строители Пятигорска
Притяжение Белой Виллы
Два Кавказских года Льва Толстого
Домик Лермонтова
Первый в России памятник Лермонтову
На месте поединка
Тайна Лермонтовскрй могилы
Пишу из Кабардинской слободки...
Музыка гор
(О Н. Ярошенко)
В горах осталось его сердце
Горы производят странное впечатление на душу...
Пятигорск - колыбель «Орестеи»
...Утром пойду в парк
Добро пожаловать в Ресторацию
Где жили первые посетители Горячих Вод?
...Назвался к Дроздову
Памятные адреса
На кабардинской слободке № 252
Трижды рождавшаяся







Рейтинг@Mail.ru Использование контента в рекламных материалах, во всевозможных базах данных для дальнейшего их коммерческого использования, размещение в любых СМИ и Интернете допускаются только с письменного разрешения администрации!