пятигорск | кисловодск | ессентуки | железноводск
Пятигорский информационно-туристический портал
 • Главная• СсылкиО проектеФото КавказаСанатории КМВ
СТАТЬИ • 100 лет Кавказским Минеральным Водам • «Памятники Отечества»ОГЛАВЛЕНИЕ


 Статьи 

100 лет Кавказским Минеральным Водам

В 1903 году пышно отмечалось 100-летие государственного управления Кавказскими Минеральными Водами. Праздник стал апофеозом «золотого века» российских курортов. В ряду подготовительных мероприятий к юбилейной дате заметное место занимала работа над юбилейным изданием в честь 100-летия Кавминвод. Книга в роскошном переплете, с тиснением, увидела свет небольшим тиражом в 1903 году в Санкт-Петербурге. В настоящее время это издание стало раритетом. Многие исторические подробности представляют интерес и для широкого круга читателей, особенно для тех, кто, отдыхая на курортах, не безразличен к «местности государственного значения» и имеет возможность видеть описанное в книге своими глазами, сопоставить результаты деятельности столетней давности с настоящим кавказских здравниц. Авторы очерка о Кавказских Минеральных Водах были на сто лет ближе нас к описываемым событиям. Обращаясь к их труду, мы воздаем должное тем, кто жил и работал на этой земле, превращая ее в выдающийся курортный и историко-культурный центр. Материалы из исторического очерка даются в сокращении.

I

То было двести и больше лет тому назад на том месте, где теперь властвует человеческая культура, кипит оживленная жизнь, куда ежегодно стекаются тысячи людей, жаждущих найти облегчение и исцеление от тяжких недугов. Неизвестно, равно как и нельзя определить в точности, какое значение придавали минеральным водам прежние обитатели этой страны. Местные жители, по всей вероятности, понимали силу минеральных источников, об этом свидетельствуют следы тех ванн, которые профессор Нелюбин, один из первых обстоятельных исследователей наших вод, нашел высеченными прямо в горе близ серных источников. «Сии ванны,— говорил он, — судя по разрушению развалившегося от времени туфстейна, в котором они были высечены, явственно свидетельствуют о древнем их существовании, которое, если не ошибаюсь, должно отнести, по крайней мере, за 200 лет пред сим». Писано это в 1825 году... Великий преобразователь России Петр Великий не оставлял ни одного уголка без своего внимания; побывав за границей на минеральных водах в Карлсбаде и Пирмонте и убедившись в их огромном целебном значении, он, по возвращении своем домой, велел произвести соответствующие разыскания в России, результатом чего явилось открытие олонецких и липецких марциальных вод, а затем, во время персидского похода в 1717 году, приказал своему лейб-медику Шоберу исследовать и описать горячие воды в Тереке, известные под именем Брагуновских. Шобер, заканчивая описание этих вод, замечает, что «находится еще больше теплиц в сей стране, да и почти только на два или на три дня езды от вышеописанных. Также есть в Черкасской земле изрядной кислой родник». Очевидно, что этот родник есть Нарзан, равно как и другие теплицы — Пятигорские воды, но ни до Нарзана, ни до этих вод Шобер не мог добраться вследствие малочисленности имевшегося в его распоряжении конвоя, а путешествовать по стране, тогда нам не принадлежавшей и наполненной воинственными черкесами, было более чем необдуманно, так что приводимые Шобером сведения почерпнуты им со слов горцев. Таковы первоначальные смутные известия о Кавказских минеральных водах, проникнувшие в Россию, после чего история их снова погружается во мрак. Он начинает несколько рассеиваться с 1749 года, когда в городе Кизляре настолько увеличилась болезненность и смертность среди расположенных в нем войск, что понадобился еще один врач. Началась по этому поводу длиннейшая переписка... наконец только в 1755 году назначили туда доктора Гевитта, который прибыл в Кизляр из Петербурга, снабженный инструкцией от директора Медицинской Канцелярии. Согласно ей предписывалось произвести опыты лечения минеральными источниками и о результатах донести в Медицинскую Канцелярию.

Достопримечательным годом в истории Вод явился 1773 год, когда их посетил академик А. И. Гюльденштедт. Событием этим мы обязаны Екатерине II, которая продолжая начатое Петром Великим дело изучения России в научном отношении, организовала экспедицию, во главе коей был поставлен знаменитый натуралист XVIII века Петр Симон Паллас. Гюльденштедт направился на северо-восточный Кавказ и прибыл в Пя-тигорье, которое тогда составляло часть Большой Кабарды и находилось во владении князей Тархановых. Отношения к русским кабардинцев были довольно натянутыми, происходили частые стычки, так что Гюльденштедт посетил Воды, сопровождаемый сильным конвоем из 85 казаков. Здесь он довольно кратко и поверхностно описал Горячую гору, трещину в ней и вытекающий из нее горячий серный источник, провал и Тамбукавское озеро. О Нарзане Гюльденштедт не упоминает вовсе, и первые сведения об этом источнике мы имеем от посетившего его в 1784 г. Якова Рейнеггса, который говорит, что «два стакана этой воды причиняют опьянение, за которым следует глубокий сон. Вода употребляется с большою пользою при горячках, также при цинге, однако при перемежающейся лихорадке она действия не оказывает».

После Ясского мира 1781 года Минеральные Воды сделались окончательно нашей собственностью, кроме Нарзана, который до 1806 года находился за пределами Империи. К этому времени относится первое пользование Водами, начало коему положили солдаты 16-го Егерского полка, составлявшего первый гарнизон Кон-стантиногорской крепости. Купались в Горячем источнике, в высеченной прямо в скале ванне, причем в нее садилось сразу по несколько человек, зачастую с самыми разнообразными болезнями. Впоследствии трудами самих же солдат над ванною был выстроен деревянный домик, и тогда стали купаться и офицеры. С этого времени горячий серный источник получает известность не только на Кавказе, но и в соседних областях.

В 1793 году Паллас первый определил общее количество твердых минеральных частей в воде, но количественного анализа не сделал. О железноводских источниках он упоминает вскользь.

II

15 декабря 1797 года Шателович, бывший инспектором только что возникшей тогда Астраханской врачебной управы, представил барону А. И. Васильеву, главному директору Медицинской Коллегии, свои соображения по поводу Нарзана. Донесение его на другой же день было представлено Императору Павлу, который, положив свою резолюцию, передал его в Медицинскую Коллегию, только 8 марта 1798 года вынесшую свое определение. Астраханской врачебной управе предписывалось прислать свои соображения относительно устройства укрепления и госпиталя у Кислого колодца, а пребывавшим в Георгиевской крепости аптекарю Тернеру и штаб-лекарю Левенцу — отправиться к этому колодцу и произвести исследование воды его. Указ этот был послан в управу только 31 августа 1798 года, а 14 декабря того же года Гернер и Левенц представили обстоятельный доклад, в котором пояснили, что уже по самым свойствам воды можно заключить о пользе ее врачебного применения, но необходимы продолжительные опыты.

Результатом донесения Гернера и Левенца явилось распоряжение Медицинской Коллегии о введении вод в общее употребление больным в войсках, расположенных по Кавказской линии, и они ежегодно, под присмотром врачей, стали в летние месяцы отправляться на воды. В марте 1802 года Медицинская Коллегия командировала с этой целью на воды штаб-лекарей Гординского и Крушневича и аптекаря Швенсона, которые, проведя на водах целое лето, произвели количественные анализы Горячего и Кислого источников, а также ряд наблюдений над действием вод при различных болезнях. В ноябре того же года представили своему начальству подробный доклад... Коллегия, ознакомившись с этим докладом, донесла графу Кочубею, Министру внутренних дел, свои соображения о назначении на воды от правительства постоянных врачей, одного с жалованьем от 800 до 1000 рублей в год, а другого 400 рублей.

В то же самое время главноуправляющим Грузии был назначен энергичный государственный деятель князь Цицианов, который обратил самое серьезное внимание на положение Минеральных Вод и в своем Всеподданнейшем рапорте от 4 января 1803 года ходатайствовал о сооружении возле Кислого колодца укрепления, с целью обезопасить приезжавших туда больных, а также заводившиеся там постройки, от нападения горцев. Государь Император согласился с мнением кн. Цицианова, и 7 марта 1803 года явилось Высочайшее повеление об устройстве укрепления, а 24 апреля того же года другое знаменательное в истории вод Высочайшее повеление, которое приводим здесь полностью.

«Высочайший указ господину генерал-лейтенанту, Астраханскому военному губернатору, главноуправляющему в Грузии князю Цицианову».

«Министр Внутренних Дел доставит вам заключения, в Государственной Медицинской Коллегии сделанные, о действии Кавказских минеральных источников по свидетельству врачей, посланных к их испытанию и описанию. Из них вы усмотрите и предположения ее к устроению нужных при сих источниках заведений. По донесению вашему об одном из них, в 30 верстах от Константиногорской крепости лежащем, я разрешил уже вам от 7 минувшего марта на построение вблизи небольшого укрепления, ныне же поручаю вам приступить к устроению и всех тех заведений, кои для удобности врачевания и выгод больных в обоих местах признаются нужными. Сделав надлежащие к тому местные соображения и составив смету работ, вы доставите ко Мне исчисление потребной на то суммы, для назначения отпуска ее из Казначейства. Между тем от Медицинской Коллегии вслед за сим определен туда будет один из искуснейших врачей и помощник. Между предположениями, пользу и удобность сих вод обеспечивающими, мысль о поселении вблизи сих вод линейных казаков отдаю Я особенно на соображение ваше. Выгоды сего предположения очевидны; но произвести его в действо зависит от усмотрения местных удобностей, какие вы ближе и лучше определить можете, и о коих в свое время Я буду ожидать от вас донесения».
Подписано: «Александръ».

Этим указом раз навсегда признано за Кавказскими Минеральными Водами выдающееся государственное значение — они делаются государственным достоянием и вступают на путь постепенного развития, протекавшего далеко не равномерно в течение последующего столетия.

Главным врачом был назначен Сухарев, но дальше устройство вод не двинулось, и они продолжали пребывать в забвении настолько, что, когда в 1807 году их посетил известный ориенталист Клапрот, ему оставалось только выразить удивление по поводу того, «как мало забот прилагается к содержанию и лучшему устройству столь целебных минеральных источников». Кроме неудобств пользования ваннами, Клапрот отметил чрезмерно высокую температуру воды (30 градусов по Реомюру, т.е. около 37 градусов по Цельсию). Далеко не все даже здоровые люди могли высидеть в ней более 5-6 минут, а так как больных было чрезвычайно много, то на охлаждение воды не оставалось времени. К тому же, тогда распространено было мнение, будто охлаждение воды равносильно порче ее.

Такое совершенно первобытное состояние купален на Горячей горе продолжалось до 1809 года, когда генерал Фелькерзам произвел первую попытку к улучшению: по его приказанию были выстроены две новые купальни, с одной деревянной ванной в каждой, а в следующем году число ванн возросло уже до четырех. Но что значило это число, когда на воды приезжало в то время от 100 до 200 семейств?

III

С 1804 по 1808 год чума нагнала такого ужаса, что съезд на воды совершенно прекратился, но уже курсы 1809-1812 годов были очень многолюдны. Первые два из упомянутых годов ознаменовались пребыванием на водах известного филантропа тогдашней эпохи, доктора Ф. П. Гааза, который не только исследовал уже известные источники, но и открыл множество новых.

Прежде всего Гааз обратил внимание врачей и посетителей на не меньшее значение других источников Горячей горы, названных им Мариинскими и ныне уже не существующих, и Елизаветинского. Главною же его заслугой является открытие Железноводских и Ессентукских источников. Железноводские источники, затерянные среди густого, непроходимого леса, который в то время заполнял всю впадину между северо-восточным склоном Бештау и южною покатостью горы Железной, а также и весь склон Бештау, разыскать было чрезвычайно затруднительно. Гааз пытался найти их еще в 1809 году, но не успел в том... принужден был возобновить свои поиски в следующем году, когда они и ренчались успехом.

Железноводские источники начали быстро входить в славу, особенно Горячий источник, и с 1812 года стали регулярно посещаться больными, хотя и в ограниченном количестве...

Что касается до Ессентукских источников, то открытие их, как это часто бывает, обязано случаю. Гааз, получив от одного казака известие, что недалеко от Константиногорска лошади, которые, как и рогатый скот, охотно пьют минеральную воду, наткнулись на новый минеральный источник, немедленно отправился ва поиски и нашел возвышение, откуда источники берУт свое начало. Открытый им источник Гааз назвал Екатерининским, кроме него он обследовал еще два. Но эти открытые им источники по составу близки к воде машукских источников, а потому и не вызвали особенного интереса. Щелочные же источники, которые составляют славу Ессентуков, Гааз оставил без внимания, и известность их начинается только с 1823 года, когда их подробно изучил профессор Нелюбин.

Кисловодск во время посещения Гааза находился в первобытном состоянии: больные купались в большой неправильного вида яме, вырытой у источника и огороженной плетнем, и только богатые люди ставили, так же как это делалось в Горячеводске, при источнике кибитки с ваннами. Наконец, в 1812 году были выстроены первые купальные здания, мужское с двумя ваннами и женское с одною, в которые вода доставлялась по деревянным трубам, но в них можно было купаться только в цельном или холодном Нарзане. Теплые же ванны по-прежнему приходилось брать в отдельных кибитках, что обходилось чрезвычайно дорого: ванна стоила от 4 до 7 рублей.

До 1816 года заботы Правительства о водах ограничивались исключительно посылкою на них сведущих людей для подробного изучения и описания их и представления соображений о возможных и необходимых улучшениях. Никаких затрат на благоустройство вод из средств Государственного казначейства не производилось, и самые примитивные устройства, которые существовали в то время в Горячеводске, были сделаны на частные средства... Наиболее капитальные устройства появились в Горячеводске благодаря инициативе частного лица, так как в 1814 году коллежский советник Федоров из Астрахани пожертвовал для этой цели 60 000 рублей. На эти деньги соорудили каменную лестницу к главному источнику на Горячей горе, проложили туда же дорогу для экипажей, распланировали площадку на нижнем уступе горы, где находилось впоследствии Ермоловское ванное здание. Затем, в 1816 году, приступили к сооружению новых купален у Александровского источника, трех с пятью ваннами взамен прежних, которые пришлось сломать; но так как на это предприятие остатков от федоровского капитала не хватило, то из Государственного казначейства было отпущено, по Высочайше утвержденному мнению Государственного Сонета, 3704 рубля. Таковы были первые затраты Правительства на устройство Вод.

IV

В 1816 году на Кавказе произошло событие, послужившее к особенному упрочению русской власти в крае и отразившееся весьма благотворно на жизни минеральных вод. На пост главноуправляющего в Грузии и командующего войсками на Кавказе назначен был Алексей Петрович Ермолов, человек просвещенный и энергичный, который понял, что Кавказские Минеральные Воды имеют не только узкое местное значение, но громадное общественное для всей России, что помимо своей прямой цели — давать облегчение страждущему человеку — они могут играть роль проводника культуры в Кавказском крае и поднять его общее экономическое благосостояние. Посетив минеральные воды в 1819 году, он тотчас же обратил на них свое особенное внимание...

В 1819 году Ермолов приказал совершенно перестроить пришедшие в негодность старые ванны при горячем источнике, распланировать площадку на первом уступе горы и, вместо начатого здесь постройкой ванного здания, выстроить новое о шести ваннах, получившее название Ермоловского и просуществовавшее до 1874 года. Таким образом, в 1820 году у Александровского источника находилось уже 11 ванн, помещавшихся в четырех отдельных зданиях. При этом, когда расчищали место под купальню, обнаружили трещину, из коей текла вода, и открытый таким образом источник получил название Ермоловского. Затем у самого устья Александровского источника был устроен приемный бассейн. У железных источников, которые, как уже сказано, лишены были всяких удобств, был тогда же выстроен турлучный дом в семь комнат, отдававшихся в наем от казны по 5 рублей ассигнациями в сутки; бассейны источников № 1 и 2 были выложены камнем, и вода из них по желобу проведена в маленькую турлучную купальню с одной ванной. В 1820 году здесь открылся источник № 3

В 1822 году, благодаря ходатайству А. П. Ермолова, явилось Высочайшее повеление—составить планы и проект устройства вод, на что ассигновано было 550 000 рублей, и для приведения в исполнение этого повеления организована в 1823 году строительная комиссия, на которую впоследствии возложено было и самое управление водами... Комиссия решила, что, прежде чем приступать к составлению проекта переустройства вод, необходимо произвести на месте всестороннее химическое исследование всех источников, и с этой целью на воды в том же году был командирован профессор медико-хирургической академии Нелюбин, который не только изучил все существующие источники и указал на их терапевтические действия, но открыл и описал целый ряд новых. Нелюбин первый объявил, что «в Ессентуках мы имеем русский Сельтерс и Виши». В Железноводске им открыто семь новых источников.

В том же 1823 году Именным Высочайшим указом от 10 апреля положено было начало более правильной организации врачебной части. Согласно этому указу, на водах была учреждена аптека и назначены туда два врача, три лекарских ученика, аптекарь, «газель» и два аптекарских ученика, с жалованьем: врачам, старшему, при Горячих источниках, 3000, младшему, при Кислых, по 2000, аптекарю по 1000, гезелю по 600 и ученикам каждому по 400 рублей в год из Государственного казначейства.

В течение последующих лет устройство вод значительно подвинулось вперед. При Варвациевском и Елизаветинском источниках были устроены бассейны и при первом—новое купальное здание; в 1824—1825 годах проведена новая дорога из Георгиевска в Горячеводск, значительно облегчившая доступ и сократившая расстояние. 5 июня 1824 года заложена Пятигорская казенная гостиница, явившаяся первой капитальной постройкой в описываемой местности. В Кисловодске в 1823 году начата постройка нынешней казенной гостиницы, причем торопились окончить ее возможно скорее, так как ожидали приезда на лето Императрицы Марии Федоровны. Осенью того же года, благодаря заботам пятигорского коменданта Энгельгардта, по обеим берегам реки Ольховки насажены были всевозможные деревья, которые явились зачатком нынешнего парка. 25 июня 1826 года, в день рождения Императора Николая I, у подошвы Горячей горы заложено было каменное здание Николаевских ванн, считавшееся по тому времени лучшей постройкой на всех группах.

V

В 1826 году на пост начальника Кавказскаго края вступил генерал от кавалерии Г. А. Емануель, остававшийся на нем до 1831 года. Несмотря на свою кратковременность, период управления его считается одним из замечательных, в смысле широкого развития на Водах всевозможных улучшений. За это время в Горячеводске были окончены Николаевские ванны. У Сабанеевского источника устроены ванны, обложен камнем бассейн, и благодаря расчистке и углублению увеличен его дебит. Затем был расчищен и введен в употребление Калмыцкий источник, который раньше пребывал в заброшенном виде, привлекая лишь горцев да калмыков. Михайловский источник обдолан в форме круглого колодца и соединен удобными тропинками с Елизаветинским. Проложена дорога на Машук, выстроены два дома для неимущих и первая постоянная церковь во имя Скорбящей Божьей Матери, которая возведена на деньги, собранные архимандритом Александро-Невской лавры Товием, лечившим здесь глаза. В административном отношении судьба Горячеводска в это время тоже сильно изменилась. Уже в 1823 году в нем насчитывалось до 65 жилых помещений, так что с этого времени пресловутые калмыцкие кибитки уже совершенно вышли из употребления. В следующем году, благодаря тому, что Георгиевск был переименован в уездный город и присутственные места переведены в Ставрополь, многие его жители переселились в Горячеводск, так что здесь число домов еще более возросло. А 14 мая 1830 года, вследствие ходатайства Емануеля и представления графа Паскевича, последовал указ о возведении Горячеводского селения на степень окружного города, под названием Пятигорска, Георгиевск превратился в заштатный город и присутственные места перешли в Пятигорск. В Кисловодске выстроена была новая поместительная купальня в виде двух огромных калмыцких кибиток, вмещавшая 12 ванн, для нагревания воды в которых служили громадные деревянные самовары, просуществовавшие вплоть до 1894 года. Для защиты публики, пьющей нарзан, от дурной погоды, по обе стороны источника еще в 1826 году было выстроено нечто вроде галереи, обтянутой полотном и открытой с одной стороны. Еще меньше усовершенствований было сделано в Ессентуках, которые, в смысле прогресса, все время двигались в хвосте, так что вплоть до 1836 года в пользовании был один только источник № 23. В 1826—1827 годах положено начало Ессентукской станице: существовавший здесь раньше военный пост того же названия был упразднен, и на его месте поселено 300 казачьих семейств.

Курс 1830 года был необыкновенно многолюден: на воды съехалось до 1500 человек, для которых едва хватало помещений. Конец же курса ознаменовался печальным событием, так как Пятигорск посетила холера, заставившая больных разъехаться раньше времени.

VI

Период времени 1831—1846 годов характеризуется ослаблением деятельности по устройству Вод. За это время в Пятигорске проложили вдоль южного ската Машука шоссе, основали казенный сад, возвели над Сабанеевским источником каменную галерею, а самый источник отделали в виде глубокого круглого колодца, устроили Александро-Николаевский бассейн, в котором соединилась вода из 16 родников, открытых при расчистке трещины утеса около калмыцкого источника, и возвели при нем купальное здание с двумя ваннами. Для Пятигорска в это же время был утвержден новый городской план и вместе с тем его обывателям предоставлены различные льготы. В Железноводске возникла станица, расширен парк, открыто четыре новых источника, № 17,18,19 и 20, построены новые купальни. В Ессентуках открыты новые источники, выстроена первая купальня с двумя деревянными ваннами при общем бассейне, в который проведена вода четырех серно-щелочных источников, и введен в употребление источник № 17 (в 1840 году). В Кисловодске в 1832 году произошла замена калмыцкой купальни новым зданием, сооруженным из досок, обитых внутри и снаружи сукном; здание это вмещало четыре мужских и столько же женских ванн для подогретого нарзана и два бассейна для купания в цельном нарзане.

1837 год ознаменовался посещением Пятигорска Императором Николаем Павловичем, который, убедившись в богатстве Вод и их государственном значении, приказал отпускать ежегодно на их устройство по 200 000 рублей, остаток же, если таковой получится, вносить в государственное казначейство для образования неприкосновенного капитала Вод.

В делах администрации Вод стало обнаруживаться некоторое расстройство, которое грозило отозваться весьма пагубно на общем ходе всего предприятия, если бы князь М.С.Воронцов, первый наместник Кавказский, не обратил на это внимания и не возбудил вопроса о передаче всего учреждения Вод, вместе со средствами, ассигнованными на их устройство, из ведения Медицинского департамента Министерства внутренних дел в его непосредственное распоряжение. Ходатайство это было уважено, и в 1846 году последовало Высочайшее повеление: «передать в полное и непосредственное ведение и распоряжение наместника Кавказского Минеральные Воды, все управление ими и суммы, как отпускаемые на содержание Вод, так и назначенные по особому Высочайшему повелению 1837—1838 годов на их устройство». Весь капитал Вод составлял в это время 138 900 рублей серебром.

VII

Воронцовское управление, которое осталось памятным вообще для всего Кавказа, не могло, конечно, не отразиться самым благотворным образом и на Минеральных Водах. Князь Воронцов начал с того, что, проведя два лета в Кисловодске, лично познакомился с Водами во всех подробностях, разобрался во всех недостатках и, естественно, пришел к заключению, что, если действительно желать добиться каких-нибудь плодотворных результатов от Вод, надо прежде всего поставить во главе их такое управление, которое вполне отвечало бы своему назначению. Князь Воронцов быстро добился желанной цели: строительная комиссия была упразднена, и 29 мая 1847 года последовало Высочайшее утверждение положения о дирекции Кавказских Вод.

На основании этого положения, вошедшего в Свод законов издания 1857 года, общее управление водами, по всем частям, вверено дирекции, имевшей местопребывание в Пятигорске. В свою очередь Дирекция подчинена была ближайшему надзору командующего войсками на Кавказской линии, управляющего гражданской частью в Ставропольской губернии, и состояла под главным ведением и начальством наместника Кавказского. Ведомству ее принадлежали все вообще целебные источники Ставропольской губернии, находившиеся в городе Пятигорске, станице Ессентукской, Кисловодске, Железноводске, при Кум-горе... Дирекцию составляли: управляющий Кавказскими Минеральными Водами, четыре члена и канцелярия. Управляющий водами пользовался многими правами военного губернатора. Он мог сам разрешать постройки, работы и вообще расходы на сумму до 3 тысяч рублей; на производство расходов свыше этой суммы он должен был испрашивать разрешения наместника Кавказского. Дирекция вод заключала в себе три части: врачебную, строительную и хозяйственную. Заведывание каждою отдельною частью вверено было членам дирекции. Членом последней состоял и архитектор при Водах. Врачебного частью управлял главный врач Минеральных Вод, которому в помощь назначались четыре врача: Пятигорский, Ессентукский, Кисловодский и Железноводский. При управлении учрежден был особый комитет из врачей, под назвааием Медицинского комитета. Комитет исполнительной власти не имел, но ему давалось право свои предложения об улучшении вод представлять наместнику Кавказскому. Воронцовский период оставил заметный след в истории развития благоустройства вод.

В Пятигорске за это время была выстроена при Михайловском источнике деревянная галерея с таким расчетом, чтобы самый источник оказался в середине ее: бассейн его был отделан в виде круглого колодца, верхней части которого придана форма вазы; затем отделан Товиевский источник и построена существующая до сих пор Елизаветинская галерея, расчищена примыкающая к городу часть Михайловского парка и проведена новая дорога на вершину Машука; заложен Кафедральный собор и положено начало правильному сообщению Пятигорска с другими группами посредством дилижансов, которые только в 1894 году уступили место железной дороге.

В Ессентуках к этому времени вошел во всеобщее употребление источник № 17. В 1847-1848 годах была произведена первая отделка его и выстроена каменная галерея. В1849 году положено начало разведению сада и нижнего парка. Но самым важным событием в жизни Ессентукских вод было приобретение в казну в 1847 году как источников, так и ближайшей к ним местности, которые до этого составляли собственность казачьего войска. Кисловодск при Воронцове, который чувствовал к нему особенную симпатию, значительно изменился. Здесь в 1847 году была выстроена набережная реки Ольховки с каменным Воронцовским мостом, в 1848 году заложена нынешняя галерея Нарзана, построенная по проекту архитектора Уптона, который в деле устройства вод был правой рукой наместника.

В 1852 году были произведены новые химические анализы Пятигорских источников академиком Н. Зининым. Но самое полное и интересное описание вод оставил нам Ф. Баталин, который в 1856 году посетил их и исследовал самым тщательным образом. Он изучил подробно Пятигорский провал, на который до того особенного внимания не обращалось, объяснил происхождение ессентукских источников и дал некоторые указания к их разработке. Исследовав Нарзан, а также изучив произведенные раньше его анализы, он первый высказал мнение, что «количество твердых частей в воде этого источника не остается постоянным, а подлежит изменениям более значительным, чем те, которым подлежат другие Кавказские источники». Результатом всех этих исследований явился вышедший в 1861 году капитальный труд Баталина «Пятигорский край и Кавказские минеральные воды».

Между тем стали обнаруживаться слабые стороны учрежденной Воронцовым дирекции Вод, так что последний решил ее реформировать, но не успел сделать этого, так как в 1854 году оставил пост наместника. При его преемнике, Н. Н. Муравьеве (1854-1856), предположения о порядке управления Водами были под вергнуты обсуждению в двух комиссиях, но выработанный ими проект остался неутвержденным, так как в 1856 году наместником Кавказа сделался князь А. И. Барятинский, который совершенно иначе посмотрел на дело.

VIII

В период 1856-1861 годов дело благоустройства Вод несколько застыло. В Пятигорске на средства московского почетного гражданина П. А. Лазарика был сооружен тоннель к большому провалу, в 1861 году закончена постройка здания теплосерных ванн и возведен Николаевский вокзал в виде открытой галереи. В Железноводске тем же Лазариком открыта целая группа новых источников, из которых один вошел во всеобщее употребление под именем Барятинского, и при нем было выстроено каменное купальное здание. В Ессентуках у источника № 17 архитектором Уптоном выстроена каменная купальня о двух ваннах.

Между тем князь Барятинский решил, что поправить положение вещей можно отдачей Вод в частные руки и в этом смысле сделал доклад Императору Александру II. Государь согласился, казенное управление было упразднено, и Воды были переданы в ведение первого частного контрагента (арендатора), действительного статского советника Н. А. Новосельского, который раньше уже выказал свою предприимчивость и энергию при учреждении Русского Общества пароходства и торговли. С ним 29 октября 1861 года князь Барятинский, в силу Высочайше предоставленной ему власти, и заключил контракт.

На основании этого контракта целебные источники, которые находились в ведении дирекции в пределах Ставропольской губернии, с находящимися при них землями, садами, хозяйственными, врачебными и другими заведениями и зданиями, поступали на 8 лет, с 1 декабря 1861 года по 1 декабря 1869 года (впоследствии срок содержания был продолжен еще на год) в полное распоряжение контрагента. Принадлежавший Водам капитал в 138 578 рублей передан был без процентов, с обеспечением лишь залогом, также в полное распоряжение контрагента для производства работ по улучшению Вод. Кроме того, казна обязалась отпускать, в виде субсидии, на содержание Вод ежегодно 36 108 рублей. Приглашаемые контрагентом на службу при Водах техники и врачи пользовались правами государственной службы. Все доходы от Вод поступали в собственность контрагента. Для отопления зданий и согревания воды ему отпускалось ежегодно из Бештаугорской дачи 70 куб. сажен крупных дров и 100 погонных сажен хворосту; кроме того, контрагент мог бесплатно ломать камень на Машуке. В районе Минеральных Вод контрагент мог открывать аптеки, учреждать гостиницы и содержать омнибусы... Для научения естественных и целебных свойств минеральных источников, для устройства Вод во врачебном отношении и распространения о них полезных сведений, контрагент обязан был наблюдать, чтобы при Водах существовал постоянный медицинский комитет.

Итак, в конце 1861 года Кавказские Минеральные Воды вступили в новый период своего существования, период частной инициативы. Первым делом Новосельского было приглашение для непосредственной) заведования Водами известного московского врача Семена Алексеевича Смирнова.

В Пятигорске первым делом отремонтировали здание тенлоеерных ванн, которое было окончено постройкой в 1861 году, но уже в 1864 году потребовало коренных переделок, и здание Николаевских ванн, в которых устроены души и паровые ванны из серной поды: переделили Николаевскую галерею, бывшую до того открытой, в закрытую, отремонтировали Ермоловекие ванны, Елизаветинскую и Михайловскую галереи, улучшили Сабанеевские ванны, поставили в провале, вместо деревянной ванны, каменную и вообще озаботились доставлением возможно больших удобств лечащейся публике.

В Железноводске дело обстояло совсем плохо, так что доктору Смирнову пришлось потратить немало усилий для того, чтобы привести все в мало-мальски приличный вид. При многих источниках были вновь устроены пли возобновлены каменные бассейны, причем особенно много хлопот было с Барятинским источником. Затем был разработан холодный минеральный источник, получивший со временем название Михайловского; тотчас же по своей отделке источник зтот дал 2880 ведер в сутки. Пришедшие в ветхость Муравьевские ванны были сломаны и вместо них возведено новое здание с четырьмя ваннами. Для устранения недостатка в пресной воде провели водопровод из ручья, вытекавшего с северной стороны горы Бештау.

Тогда же возникло первое из «одах кумысное наведение. Упорядочить же помещения для больных администрации не удалось, так как разрешения выстроить на казенный счет гостиницу не последовало.

Благодаря д-ру Смирнову, возникло первое русское Бальнеологическое общество, которое, начавши свою деятельность в 1803 году, имело первоначально всего 17 членов. В этот же период в Пятигорске устроена химическая лаборатория, в которой был произведен целый ряд анализов Ф. Ф. Шмидтом. Последний в продолжение 30 лет состоял лаборантом при кафедре химии в Московском университете, а затем, в 1862 году был приглашен в качество химика на Минеральные Воды и оставался иа этом посту более двадцати лет. Первым существенным делом вновь открытой лаборатории было приготовление щелочных Еесентукскнх лепешек и солей, а также производство правильных метеорологических наблюдений. Тогда же вошла в употребление горькая вода из источника Марии-Терезни (нынешняя Баталинская), основан Пятигорский геогностический му-аей, устроена первая типография и положено начало периодическому изданию иод заглавном: «Листок для посетителей Кавказских Минеральных Вод».

Если первое контрагентство в лице славного вдохновителя и распорядителя работ доктора Смирнова и не могло поставить Воды на желаемую высоту, то это уже не его вина.

IX

В 1870 году окончился срок контрагентства Новосельского. Перед этим была созвана комиссия под председательством действительного статского советника Барановского, которая наметила целый ряд мер к дальнейшему переустройству Вод и выработала новый проект условий аренды. Путем публикации в газетах был сделан вызов желающих арендовать Воды на этих новых условиях и выбор Главного Кавказского Управления пал на статского советника A. M. Байкова, с которым и был 12 марта 1870 года заключен контракт на 12 лет, с 1 декабря 1870 года по 1 декабри 1882 года. Существенная разница между контрактами Байкова и Новосельского выразилась в значительной экономии, которую правительство получило на основании второго контракта, относившегося впрочем к зксплуятяции Вод, тогда как на нужды переустройства пришлось затратить более значительную сумму, чем при Новосельском. Кроме того, бывшее при Новосельском частное за ведование Водами на широких началах в период Найко-ва мало-помалу превратилось лишь в контрагентское содержание одной хозяйственной части их и от прежне го самостоятельного управления Водами не осталось и тени, так как вся деятельность контрагента была поставлена под контроль начальника Терской области, к которой в 1874 году отошла вся площадь Кавказских Минеральных Вод, бывшая до тех пор разделенной между ею (Ессентуки и Кисловодск) и Ставропольской губернией (Пятигорск и Железноводск). Со вступлением в 1875 году в должность начальника Терской области генерал-адъютанта Свистунова надзор со стороны последнего за Водами стал на совершенно прочную почву и коснулся мероприятий по всем частям управления Вод; переустройство их, которое раньше за счет казны поручалось контрагенту, теперь перешло всецело к областной администрации. Деятельность контроля усилилась с 1876 года, когда образовалась особая наблюдательная комиссия, и особенно с 1881 года, когда Высочайше утвержденным мнением Государственного Совета был образован Пятигорский округ.

Согласно Высочайше утвержденному 3 июля 1874 года мнению Государственного Совета, ассигновано было 79 000 рублей на производство исследований и разведок минеральных источников на всех четырех группах. Пришлось обратиться за помощью к Европе, и выбор пал на французского инженера Жюля Франсуа, с именем которого связано устройство многих знаменитых европейских курортов. 5 июля 1874 года был заключен Байковым с Ж. Франсуа в Париже контракт. Все работы по контракту должны были быть выполнены в течение четырех месяцев, причем, Ж. Франсуа обязывался и впоследствии давать свои заключения и советы по всем вопросам и планам, которые будут ему предлагаемы при исполнении данной им программы. В вознаграждение Ж. Франсуа получал 140 000 франков.

В то же время, с целью оказания французскому инженеру всяческого содействия при выполнении взятой им на себя работы, была образована особая комиссия. Ж. Франсуа прибыл на Воды 3 августа 1874 года и уже при поверхностном обзоре всех групп и их окрестностей пришел к убеждению в необыкновенном богатстве наших минеральных вод. «В целой Европе, -- писал он, — не существует такого счастливого сочетания столь разнообразных ключей на сравнительно небольшом пространстве. Вез сомнения, с выполнением предполагаемых технических работ, кавказские воды должны стать в ряду лучших европейских вод».

Сущность этих технических работ заключалась в том, чтобы захватить минеральную воду в той основной горной породе, откуда она берет свое начало, или, по крайней мере, по возможности в более близком расстоянии от нее в прочных осадочных образованиях, ее покрывающих. Этим достигается возможность получения минеральной воды в более чистом виде, без примеси посторонних элементов, которые неминуемо присоединяются к ней во время ее прохода через различные пласты, и увеличивается дебит...

В Железноводске Ж. Франсуа заложил сначала восемь разведочных траншей выше источников №1 и 2 с целью изучения условий распространения железистых минеральных ключей, и когда одна из траншей указала на присутствие глубокой водоносной трещины, то были заложены штольни № 1 и 2, которые притянули к себе всю воду из источников № 1 и 2, что отразилось пагубно на соседних № 11 и 12. Работы но окончанию этих штолен также были произведены уже по отъезде Франсуа и, хотя штольни дали к июлю 1875 года более 50 000 ведер горячей воды, этим количеством невозможно было пользоваться, вследствие недостатка ванн, и кроме того более повышенная температура полученной новым способом воды, в связи с весьма ограниченными способами ее охлаждения, повлекла за собой почти полное прекращение пользования ею со стороны больных.

Заслуги французского гидролога были ценны уже потому, что он первый на наших Водах наметил правильный путь, по которому должны были впредь направляться работы по разведке источников.

Вслед за отъездом Франсуа наступило весьма тяжелое время. Производившиеся работы, помимо того, что совершенно не были окончены и даже нельзя было предсказать результата их, повлекли за собой полнейший хаос, так как многие бассейны были разобраны, источники раскопаны, аллеи и дорожки около них также, и вообще беспорядок был ужаснейший. Кое-как справились и открыли лечебный сезон, который доставил администрации немало горьких минут, так как публика знала о приглашении французского инженера и чаяла увидеть нечто необычайное, а вместо того нашла хаос, и тотчас же посыпалось неисчислимое количество жалоб и обличений всякого рода, которые переполнили собою тогдашнюю периодическую печать.

Между тем работы по введению различных усовершенствований продолжали двигаться вперед. За период времени 1876-1880 годов в Пятигорске увеличили объем холодильников, переустроили водоснабжение при Николаевских ваннах, вследствие чего явилась возможность воспользоваться обилием минеральной воды из Александро-Ермоловской штольни. К концу 1880 года было отстроено новое ванное здание, названное Ермоловским; в одном из павильонов Елизаветинской галереи устроено шесть новых ванных комнат для пользования водой из Товиевской штольни... Пока все эти работы и жизнь на Водах шли своим чередом, подвергался обсуждению давно назревший вопрос о коренном переустройстве Кавказских Вод. Результатом всех этих совещаний явилось приглашение Леона Дрю для определения способов производства работ по упрочению источников и общего благоустройства групп. На все эти необходимые работы ассигновано было 55 000 рублей.

Леон Дрю прибыл на Воды в августе 1882 года и по ознакомлении с условиями местности, а также со всеми произведенными раньше разведками, из коих весьма существенны были сделанные инженером Незлобинским, приступил к работам, которые имели главным образом характер проверки. В Пятигорске Л. Дрю заложил буровую скважину на дне Сабанеевской галереи; тотчас же произошло понижение дебита Большого Провала, а несколько дней спустя — уменьшение дебита Товиевского, Елизаветинского и Михайловского источников.

Между тем на Кавказе произошли крупные административные перемены. В1881 году последовало упразднение Кавказского наместничества и вместо того учреждена должность главноначальствующего гражданскою частью на Кавказе с правами генерал-губернатора, и таким образом заведование Водами снова перешло к Министерству внутренних дел.

X

Приближался срок окончания аренды Байкова, и Государственный Совет высказал заключение, что следует, не ожидая конца аренды, сделать распоряжение о вызове лиц, желающих взять Воды в аренду, и с их участием составить условия договора. Между тем, решено было продлить срок контракта Байкова еще на один год, т. е. до 1 декабря 1883 года... Были вызваны путем публикаций желающие взять Воды в аренду, но затем, когда несколько таких лиц нашлось, комиссия, обсудив положение дела и не получив обстоятельных сведений, на основании которых можно было бы выработать к назначенному сроку новые условия аренды, признала за лучшее проектировать временное казенное управление. Государственный совет положил:

«I. Предоставить Министру внутренних дел: 1) командировать, по соглашению с Министром государственных нмуществ, особое лицо, с. званием Правительственного комиссара, для безотлагательного приема имущества Кавказских Минеральных Вод от их арендатора статского советника Байкова; 2) возложить на означенного Комиссара временное заведование Водами, подчинив ему во всем, что для сего потребуется, местного горного инженера и состоящих при группах врачей; 3) для обсуждения вопросов, требующих разработки или затрагивающих интересы местного при группах населения, предоставить Комиссару созывать особые совещания из Начальника Пятигорского Округа, местного горного инженера и состоящих при группах врачей, приглашая в эти совещания, когда найдет полезным, некоторых из членов бальнеологического общества, а также домовладельцев города Пятигорска и поселений, находящихся при группах Ессентукской, Кисловодской и Железноводской, по своему избранию или, в нужных случаях, по выбору от самих обществ; 4) снабдить Комиссара составленною по соглашению с Министром государственных имуществ особою инструкциею, определяющею права и обязанности Комиссара и отношения его к местным властям; 5) войти в сношенье с Министром финансов об отпуске, в виде аванса, в счет ожидавшихся в 1884 году доходов от Кавказских Минеральных Вод, необходимого кредита для покрытия расходов по командированию Комиссара и принятие им мер по заведованию Водами; 6) вменить Комиссару в обязанность, по принятии имущества Вод от их арендатора, немедленно заняться составлением и представить в Министерство внутренних дел подробный отчет о действительном их положении... 7) по получении исчисленных в предыдущем пункте сведений и соображений, внести на утверждение, в установленном порядке, предложения о мерах, какие надлежит принять для успешного заведования Кавказскими минеральными источниками и для наилучшего устройства их.

II. Соединенную с должностью начальника Пятигорского округа должность инспектора Кавказских Минеральных Вод упразднить, ограничив круг ведомства начальника названного округа общими правами и обязанностями, присвоенными начальникам прочих округов Терской области». Таковое мнение Государственного Совета удостоилось Высочайшего утверждения в 13 день декабря 1883 года.

Вслед за тем Министр внутренних дел ходатайствовал перед Комитетом министров о передаче заведования упомянутыми источниками в Министерство государственных имуществ. Комитет министров Высочайше утвержденным 17 февраля 1884 года положением постановил перенести на Министра государственных имуществ все полномочия... Таким образом Кавказские Минеральные Воды снова перешли в непосредственное заведование правительства и в этом состоянии остаются до сих пор. С этого момента благоустройство Вод пошло вперед крупными шагами... Осенью 1884 года на Воды был командирован профессор Мушкетов с целью: 1) определения округов охраны на всех четырех группах; 2) геологического исследования Кумагорского источника и 3) проверки геологических оснований проектов разработки минеральных источников, особенно Ессентукских, для увеличения притока щелочных вод... Особая комиссия при Министерстве государственных имуществ под председательством директора Горного департамента Н. А. Кулибина, рассмотрев предположения Правительственного Комиссара, составив свод необходимых работ и исчислив сумму, потребную для приведения их в исполнение, в 900 000 рублей, внесла все это на усмотрение Государственного Совета, который Высочайше утвержденным 20 мая 1885 года мнением положил: отпустить в распоряжение Министерства государственных имуществ на приведение в порядок устройств Кавказских Минеральных Вод 150 000 рублей.

Летом 1887 года Воды посетил Министр государственных имуществ статс-секретарь М. Н. Островский и, осмотрев их во всех подробностях, убедился в необходимости приступить безотлагательно к осуществлению всех намеченных мероприятий, и с Высочайшего соизволения на это было отпущено сначала 400 000 руб. с 1887 по 1890 годы, а затем с 1891 по 1895 годы, - еще 619 000 рублей. Таким образом, на работы по переустройству Вод со времени перехода их в ведение Министерства государственных имуществ до 1895 года отпущено было 1619 000 рублей.

До 1893 года переустройства на Водах были произведены в самых широких размерах. В Пятигорске при Николаевском ванном здании устроено гидропатическое отделение с душами Шарко и комната для паровых ванн; в Ермоловском здании увеличено число грязевых ванн. В 1890 году окончен водопровод из Юцкого источника, могущий доставлять в Пятигорск до 300 000 ведер в сутки превосходной пресной воды, разработан и каптирован источник Марии-Терезии, произведены различные улучшения в садах, парках и на путях сообщения. В Железноводске устроен водопровод пресной воды из Бештаугорских источников... В 1893 году возведено грандиозное здание Островских ванн. В Ессентуках главные работы коснулись штольни источника № 17... В Кисловодске увеличено число ванн в галерее Нарзана и поставлена здесь электрическая ванна, введено газирование минеральных вод и молока нарзанным газом, построен купальный павильон на Царской площадке, осушены болотистые места по берегам реки Ольховки, часть парка обнесена железной решеткой. Наконец, важным обстоятельством в деле благоустройства Вод явился изданный в 1886 году Закон об охране источников.

XI

Со времени перехода Вод в казенное управление до 1900 года на них имелось четыре комиссара. После Щепкина, со 2 января 1889 года, комиссаром был назначен бывший профессор фармакологии Императорской Военно-Медицинской Академии П. П. Сущинский, оставивший по себе добрую память, как человек мягкий и незлобивый. Его сменил в 1894 году лейб-медик, тайный советник И. В. Бертенсон, который был полон самых лучших намерений, но не успел их осуществить, так как, будучи больным, пробыл на Водах всего лишь с мая по ноябрь 1894 года. Последним комиссаром и вместе с тем первым директором Вод был действительный статский советник В. А. Башкиров, человек в высшей степени энергичный и деятельный, снискавший себе общее ражение от всех тех, кому только приходилось так или иначе с ним соприкасаться.

В 1893 году на пост Министра земледелия и государственных имуществ вступил А. С. Ермолов. Озабочиваясь положением Кавказских Минеральных Вод и стремясь к тому, чтобы поставить их на такую высоту, на которой они могли бы успешно конкурировать с заграничными курортами, и тем постепенно отучить русскую публику от часто совершенно необъяснимого пристрастия ко всему иностранному, новый министр обратил на Воды особенное внимание и принял самое близкое личное участие в их судьбе. Работы на Водах закипели, и за эти последние десять лет обогатили наш замечательный курорт капитальнейшими сооружениями со всеми новейшими бальнеологическими приспособлениями...

А. С. Ермолов летом 1894 года прибыл в первый раз на Воды, осмотрел их самым подробным образом, ознакомился со всеми их нуждами... и тогда же созвал на месте под своим председательством две комиссии, одну — из местных врачей и техников, другую — из чинов Управления. В декабре того же года в Петербурге была образована под его председательством особая комиссия, которая, рассмотрев весь накопившийся материал, выработала в общих чертах как основания плана будущего переустройства, так и проект преобразования Управления Вод, который в следующем году был внесен на рассмотрение Государственного Совета. 13 марта 1896 году последовало Высочайшее утверждение мнения Государственного Совета об управлении Кавказских Минеральных Вод и об устройстве штатов управления; на основании этого нового положения Воды управляются и по сию пору.

...Ермолов признал полезным лично ознакомиться с положением бальнеологического дела на главнейших Европейских курортах и с этой целью совершил поездку заграницу. Результатом произведенного обзора явилась его записка «К вопросу о переустройстве Кавказских Минеральных Вод», в которой он между прочим высказал мысль, что следует оставить бальнеологическую часть в руках казенного управления в виду того, что только Правительство может смотреть на минеральные воды не как на доходную оброчную статью, а как на ценный дар природы, предназначенный для облегчения страждущего человечества, хотя бы для того и пришлось нести известные материальные жертвы. Что же касается до частной инициативы, то надлежит безусловно идти рука об руку с ней, не вступая в сферу деятельности, несвойственные казенному управлению, но и не передавая частной деятельности того, что в настоящее время ей пока не по силам. Этот взгляд был положен в основу представленного в Государственный Совет проекта переустройства Вод.

12 апреля 1899 года последовало Высочайшее утверждение мнения Государственного Совета, согласно которому положено: отпускать из средств Государственного Казначейства в течение шести лет, начиная с 1 января 1900 года, на окончание переустройства Кавказских Минеральных Вод по 350 000 рублей в год...

Таким образом, благодаря ассигнованию столь солидной суммы, явилась полная возможность осуществить все те мероприятия, которые были намечены для того, чтобы дать публике все требуемые ею удобства и поднять курорты на ту высоту, на которой они могли бы соперничать с прославленными лечебными местами Западной Европы.

XII

В 1900 году возник весьма важный вопрос о специализации доходов казенных минеральных вод. Дело в том, что все доходы, получаемые с Кавказских Вод, обращались всецело в доход казны, на расходы же отпускались ежегодно потребные суммы из средств Государственного Казначейства по сметам Горного департамента. Между тем практика Кеммернских, Старорусских и Сергиевских Вод, которые содержались на доходы, получаемые от их эксплуатации, показала, что последний порядок несравненно удобнее, так как в эксплуатации Вод заключается не малое количество черт чисто коммерческого характера... Между тем при обычном порядке испрашивания их через Государственный Совет теряется масса времени и может быть упущен благоприятный момент для их осуществления. В виду этого в декабре 1900 года было образовано особое совещание, рассмотревшее всесторонне вопрос о специализации средств, а 8 июня 1901 года последовало Высочайшее утверждение мнения Государственного Совета, в силу которого постановлено предоставить Министру земледелия и государственных имуществ в течение 10 лет, начиная с 1901 года, обращать все доходы, получаемые от эксплуатации минеральных вод, в специальные средства их, с правом расходовать эти средства по его, Министра, усмотрению, как на содержание хозяйственно-операционных потребностей Вод, так, по возможности, и на переустройство и расширение их. Сверх этого в течение пяти лет, начиная с 1901 года, назначено на усиление специальных средств Кавказских Минеральных Вод отпускать из Государственного Казначейства по 30 000 рублей ежегодно.

С 1900 года в должности Директора Вод состоит Владимир Васильевич Хвощинский, благодаря неусыпной энергии которого приведен был к желательному концу весь намеченный в последние годы обширный ряд всевозможных усовершенствований и нововведений. Вообще, деятельность Министерства земледелия и государственных имуществ в последние десять лет была направлена исключительно к тому, чтобы поставить наши отечественные целебные воды, вызывавшие справедливое восхищение таких сведущих лиц, как Ж. Франсуа и Л. Дрю, наряду с прочими прославленными европейскими курортами и дать таким образом публике, которая до сего времени неуклонно стремилась заграницу, возможность лечиться от самых разнообразных болезней, не выезжая из пределов своего отечества. Если до сих пор наши Воды еще и не могут удовлетворить всем тем требованиям, на которые отвечают курорты иностранные, то исключительно только потому, что последние в большинстве случаев насчитывают за собою по несколько веков существования, в течение коих они, постепенно и беспрепятственно развиваясь, достигли своего высокого положения...

А. С. Ермолов в своей записке по поводу переустройства Кавказских Вод между прочим говорит: «Кавказские Минеральные Воды в течение векового своего служения больному человечеству приобрели себе широкую известность не только в России, но и за границею, и представляют собою ценное государственное достояние, заслуживающее самого серьезного внимания правительства и самых неустанных забот, чтобы быть поставленными на ту высоту в бальнеологическом отношении, которая соответствовала бы их природным качествам и свойствам».

Ныне Кавказские Минеральные Воды вступают во второе столетие своего существования, и, если есть уверенность в том, что со стороны правительства будет сделано все от него зависящее, чтобы поставить наши Воды в уровень с самыми первоклассными европейскими курортами, то остается надеяться, что и общество русское оценит эти стремления и будет с своей стороны всячески содействовать процветанию одного из самых богатейших курортов в мире.

Борис Годзевич, «Памятники Отечества».


Данную страницу никто не комментировал. Вы можете стать первым.

Ваше имя:

RSS
Комментарий:
Введите символы или вычислите пример: *
captcha
Обновить


Наместник на Кавказе П. С. Воронцов
Наместник на Кавказе А. И. Барятинский
Генерал Г. А. Емануэль
И раздалось мощное: «Я здесь!»
Кисловодск Антону Павловичу понравился
Командировки мастера Раева
Гостиная Благодать
Дачные кварталы Ессентуков
Станция почтовых дилижансов
Крепость у кислого колодца
Целебные воды и горы
100 лет Кавминводам
Поезда пошли на юг
Археологические реликвии Кисловодска и его окрестностей
Лечебный парк Железноводска
Дворец эмира Бухарского
Большой Провал
Дары Железной горы
Дар божий в руках государства
Прошлое и настоящее Курзала
Воплощение мечты товарища Серго
Грязелечебница Евгения Шреттера
Первая в мире энергосистема
Наследие Ивана Байкова
Фотолетописец Кавказа
Алябьев в Пятигорске
Дом генерала Верзилина в Пятигорске
Н. Львов - первый зодчий Горячих Вод
Мелодия, услышанная композитором
Проходившие останавливались пораженные
Зодчий Самуил Уптон
Братья Бернардацци - строители Пятигорска
Притяжение Белой Виллы
Два Кавказских года Льва Толстого
Домик Лермонтова
Первый в России памятник Лермонтову
На месте поединка
Тайна Лермонтовскрй могилы
Пишу из Кабардинской слободки...
Музыка гор
(О Н. Ярошенко)
В горах осталось его сердце
Горы производят странное впечатление на душу...
Пятигорск - колыбель «Орестеи»
...Утром пойду в парк
Добро пожаловать в Ресторацию
Где жили первые посетители Горячих Вод?
...Назвался к Дроздову
Памятные адреса
На кабардинской слободке № 252
Трижды рождавшаяся








Рейтинг@Mail.ru Использование контента в рекламных материалах, во всевозможных базах данных для дальнейшего их коммерческого использования, размещение в любых СМИ и Интернете допускаются только с письменного разрешения администрации!