| библиотека | христианское храмовое зодчество северного кавказа периода средневековья | сакральные модульные размеры в храмостроительстве |
Пятигорский информационно-туристический портал
 • Главная• СсылкиО проектеФото КавказаСанатории КМВ
БИБЛИОТЕКА • «Христианское храмовое зодчество Северного Кавказа» • Сакральные модульные размеры в храмостроительствеОГЛАВЛЕНИЕ


 Христианское храмовое зодчество Северного Кавказа 

Сакральные модульные размеры в храмостроительстве

Христианское храмовое зодчество Северного Кавказа периода средневековья

Храм на Северном Кавказе

Средневековое культовое зодчество Северного Кавказа остается до настоящего времени спорным предметом при анализе традиционной архитектуры названного региона. Спорность эта обусловлена, с одной стороны, малоизученностью данного пласта архитектуры региона, с другой - субъективностью отношения к рассматриваемому вопросу, связанной с различной религиозной ориентацией исследователей.

Общепризнан факт проникновения христианства в горные районы Северного Кавказа в период средневековья и повсеместное обращение населения в христианскую веру. Однако сохранившиеся до настоящего времени культовые объекты на территории, прежде всего, Ингушетии, Северной Осетии, Кабардино-Балкарии настолько своеобразны, что ряд исследователей относит их к языческим святилищам. На протяжении нескольких лет ведется полемика относительно того, являются ли эти храмы христианскими или же это языческие святилища. Языческими их считают М. Б. Мужухоев, В. Х Тменов, христианскими - В. А. Кузнецов, И. П. Щеблыкин. И хотя подробное рассмотрение данной проблематики не входит в нашу задачу, выскажу свое мнение по этому поводу.

Особенности архитектуры указанных храмов не позволяют однозначно отнести их ни к христианским, ни к языческим объектам, так как особенности эти есть следствие религиозного синкретизма в мировоззрении народа, построившего их. Поэтому нельзя согласиться с еще одним распространенным мнением, что ряд таких сооружений построены как христианские храмы, но впоследствии были переделаны в языческие святилища, и наоборот. На мой взгляд, эти объекты изначально являлись выражением регионального варианта христианства в каждом конкретном регионе, даже в каждом ущелье. Анализ пространственно-метрологических закономерностей построения формы этих храмов, приводимый в данной главе, косвенным образом подтверждает правильность такой позиции.

Проникновение христианства на Северный Кавказ началось в VI в. На рассматриваемой территории известен один христианский храм этого периода в урочище Лыгыт, Чегемского ущелья Кабардино-Балкарии, сохранившийся в уровне фундаментов. Наиболее интенсивный и продуктивный период распространения христианства в горных районах Северного Кавказа начинается в X в., второй по значимости период наступает в XIII столетии. Наличие этих трех этапов распространения христианской веры связано с общеполитической и социально-экономической ситуацией в Византийской империи и сопредельных Северному Кавказу христианских центрах, претендующих на присоединение данной территории, что было связано главным образом с прохождением по ней важнейших торговых путей. В XI в. такими центрами являются Херсонес, Боспор, Тмутаракань, Абхазия (Абазгия), Армения, в XIII в. - Грузия, Армения и даже далекая Генуя. Рассматриваемая территория многими исследователями отнесена к Восточной Алании, однако архитектура храмов в очерченном регионе мало имеет сходства с храмами Алании, что обусловлено, полагаю, именно очень мощной языческой подосновой местного христианства.

Общим явлением в период распространения христианства на данной территории было строительство храмов на основе византийского архитектурно-строительного канона, по образцу, привносимому миссионерами. Первичными образцами могли быть церкви близлежащих конфессиональных центров: Херсонеса, Боспора, Абазгии, Малой Азид. Вторичными - церкви, построенные на вновь осваиваемой территории первыми. Архитектурные характеристики образца определялись преимущественной важностью внутреннего пространства церкви, обусловленного особенностями богослужения, нашедшими отражение в канонических текстах. Внешние формы храма были второстепенными и создавались на основе региональных представлений о культовом здании, формируя региональные особенности христианских храмов конкретных территорий. В немалой степени этому способствовала нехватка строительных кадров даже в самой Византии, вследствие чего для строительства церкви в провинции приглашались местные строительные кадры. Существовала практика обучения старших мастеров в провинциальных конфессиональных центрах: Херсонесе, Боспоре, Абазгии, Иберии, о чем свидетельствует общность архитектурно-строительных приемов, применяемых на исследуемой территории.

Использование образца в рассматриваемом регионе имело свои особенности. В ряде случаев строительство по образцу велось традиционно - воспроизводилась пространственно-планировочная схема образца. Прежде всего, это относится к крестово-купольным храмам, а также к базиликам на территории Карачаево-Черкесии и Краснодарского края. Именно эти объекты, а также небольшие одноапсидные церкви из-за их формально-композиционного соответствия христианским церквям большинство исследователей признает христианскими храмами. В основном же храмы на территории Северной Осетии, Ингушетии и Кабардино-Балкарии по планировочной схеме не соответствуют «традиционному» плану здания восточно-христианской церкви, т. е. не имеют полусферической выступающей или втопленной алтарной апсиды, членения на алтарь, храм, притвор и т. д. Однако сопоставление планов этих зданий между собой и со зданиями «общепризнанных» храмов с целью выяснения использования при разбивке определенного модульного размера обнаружило объединяющие их закономерности.

При анализе церквей и выявлении модулей за основу было принято предположение, что модулем должна быть величина сакральная, поскольку модульный размер не может быть обусловлен функциональным, конструктивным или каким-либо иным объективным фактором. Поэтому начинать поиск надо с самых сакральных частей храма - длины алтарной апсиды и стороны подкупольного квадрата. Это предположение основано на выводах П. Ундервуда, что в храмостроительстве Византии модульной величиной являлась либо глубина алтаря, либо сторона подкупольного квадрата, К. Н. Афанасьева и др., а также на результатах анализа церквей Херсонеса, Крыма, Абхазии, Грузии, проведенного автором. Здание храма «мерили» величиной самого сакрального в нем «горнего» пространства, не символизировавшего «небо», а являвшегося им на самом деле в сознании средневекового человека.

Наиболее распространенный вариант использования модуля, равного глубине алтаря, - ширина церкви внутри равна двум модулям, длина - трем модулям. В церквях Византии и Херсонеса модулем мерили всегда только внутреннее пространство церкви, т. е. оно являлось главным, определяющим. В провинциальных церквях Абхазии и Грузии встречается иногда внешняя разбивка, а также смешанная, например, ширина церкви внутри равна двум модулям, а длина снаружи - четырем. Величина модуля, применявшаяся в указанных конфессиональных центрах, равнялась одной из византийских саженей, а именно 3,0; 2,4; 2,1; 1,8 м, т. е. 10, 8, 7, 6 футов. Различная величина сакрального модуля была обусловлена, скорее всего, принципом соблюдения иерархичности церковных зданий, который широко применялся в храмовом зодчестве восточно-христианской традиции периода средневековья.

Рассмотрение вопроса о применяемых в храмостроительстве горских народов модулях должно находиться в непосредственной взаимосвязи с традиционной метрологией этих народов, с единицами длины, применяемыми ими в домостроении и башенном зодчестве. Детальным изучением этого вопроса занимался В. А. Дмитриев. Им было выявлено, что одним из самых распространенных приемов измерения у народов Северного Кавказа было использование малой и большой пядей (12-15 и 20-22 см), а также длины руки, своеобразного локтя, равного трем большим пядям (около 65-70 см). Этот размер соответствовал осетинской мере «адли», имевшей тенденцию превращения в отвлеченную единицу. В строительном деле широко использовался размах рук (133-140 см), длина ступни (30-32 см).

Таким образом, мы видим, что использовавшиеся меры кратны друг другу в соотношении 1 : 2 (две малые пяди равны длине ступни; две длины ступни равны длине руки («адли»); две длины руки равны размаху рук. Макролинейные меры, по В. А. Дмитриеву, представляли собой веревки с узелками и шесты, кратные размаху рук, а соответственно, и остальным размерам. Вместе с тем В. А. Дмитриев отмечает интересное явление - в каждом селении были собственная веревка и шест, кратные тем единицам, которые использовались в данном селении. Этим и обусловлена интерполяция размеров, например, длина ступни - 30-32 см. В башенных сооружениях и домостроении, согласно исследованиям В. А. Дмитриева, основной единицей была длина руки (65-70 см). Ей были кратны ширина и высота входного лаза, а также внешние размеры башни или дома. В склеповых сооружениях модульными единицами являлись высота и ширина входного лаза, кратные длине руки. Пропорциональное их соотношение соответствовало соотношению внешних размеров склепа. Применение в качестве сакрального модуля высоты входного проема соответствует распространенному на Кавказе культу двери, согласно которому человек входил как бы кланяясь дому или башне.

В связи со всем вышесказанным, кроме модуля, равного глубине алтарной апсиды, были предприняты попытки обнаружить применение «нехрамового» сакрального модуля (1,33), применявшегося в склеповом строительстве, домостроении, башенном зодчестве и равного наружной высоте двери. Однако использование этого размера в качестве модуля не было зафиксировано ни в одной церкви. Но во всех церквях нами был обнаружен интересный факт - повышение высоты дверного проема снаружи внутрь (например, внутри - 1,95 м, снаружи - 1,3 м), а также использование в его размерах традиционных метрических величин.

Второе предположение, выдвинутое для поиска модулей, состоит в том, что в каждой церкви мог быть использован только один сакральный модуль. Третье предположение - модуль должен быть обнаружен как в поперечных, так и в продольных габаритных размерах церкви. Учитывая скульптурную пластику рассматриваемых объектов, а также выявленные В. А. Дмитриевым мерные «эталоны», существовавшие в каждом селении, допускалась корреляция сходных размеров в пределах 20 см, например, трехметровой сажени приравнивались размеры от 2,8 до 3,2 м. Для получения большей точности результатов анализ проводился при помощи компьютерного наложения модуля на план. Поиск более мелких единиц измерения ввиду вышеуказанных причин оказался невозможен. Однако беглый анализ показал использование выявленных В. А. Дмитриевым размеров большой пяди (20-22 см) и длины руки (65-70 см). Мелкие размеры применялись для разбивки выступов на пилястрах, толщины стен и других второстепенных деталей интерьера. В целом же пространственная схема церкви и ее высотные габариты формировались на основе сакрального модуля.

Анализ показал, что на начальном этапе повсеместного проникновения христианства на Северный Кавказ, в X в., очень широкое распространение получил модуль, равный 10 византийским футам, т. е. приблизительно трем метрам. С применением такого модуля построены базилики в селениях Курджиново и Ильич, а также большинство одноапсидных церквей на территории Карачаево-Черкесии, т. е. Центральной Алании. Аналогичный модуль применялся в базиликах и одноапсидных церквях этого времени на территории Крыма и Абхазии, следовательно, образцы, по всей видимости, привносились оттуда. При этом применялась только внутренняя разбивка церкви, что подтверждает вывод о важности именно внутреннего пространства.

Трехметровый модуль применялся и при строительстве крестово-купольных храмов типа «сводный крест». Модулем здесь выступала сторона подкупольного квадрата. Такой модуль обнаружен в Сентинском храме, трех храмах по р. Большой Зеленчук, двух храмах в ущелье р. Кяфар, а также в крестообразном храме в Тмутаракани. Все они датируются X в. Аналогичный размер подкупольного квадрата обнаружен и в двух храмах-усыпальницах VI в. Херсонеса. Причем в более поздних храмах X в. на территории Крыма и Абхазии обнаружен другой модульный размер, равный 16 византийским футам, т. е. приблизительно 4,9 м.

В Среднем храме Нижнего Архыза использован модуль, равный 3,8 м, т. е. приблизительно 12 византийским футам. Аналогичный модуль обнаружен в крестообразном храме на Церковной Поляне и в ряде одноапсидных церквей на территории Нижне-Архызского городища и селения Гиляч, относимых к XI в. Аналогичный модуль использован в крестовокупольных храмах Абхазии типа «вписанный крест» - в селении Лыхны (XI в.) и на р. Бзыбь (IX-X вв.).

В ряде крестовокупольных храмов X-XI вв. типа «вписанный крест» (в Херсонесе, храмы № 2 и № 9; в селении Алахадзы, Симона Кананита в селении Новый Афон, Абхазия; в селении Лоо, Краснодарский край; в пос. Нижний Архыз, Северный Зеленчукский храм) обнаружено использование модуля, равного 3,3-3,4 м. Разбивка пространства в них проведена в каждом случае с индивидуальными особенностями, но с примерным соблюдением правила - ширина центрального нефа равна ширине двух боковых. При этом во всех этих храмах применена внутренняя разбивка.

В двух крестовокупольных храмах типа «вписанный крест» - Иоанна Предтечи в Керчи и Шоанинском храме, Карачаево-Черкесия - использован модуль, равный 8 византийским футам, т. е. 2,4 м.

Достаточно неожиданны результаты анализа храмов на территории Ингушетии. Все храмы расположены в так называемой Ассинской котловине, в Ассинском и Джераховском ущельях. Во всех без исключения храмах-святилищах (как их называет большинство исследователей) - от больших храмов до святилищ-монументов без внутреннего пространства - выявлена модульная величина, равная 3 м, а также ее половина -1,5 м. Трем метрам равна глубина алтаря главной святыни этого региона - храма Тхаба-Ерды, а также церкви Алби-Ерды, расположенной в том же Ассинском ущелье. Глубина апсиды Таргимского храма - третьего сооружения, имеющего апсиду в данной группе храмов, - равна У2 модуля, т. е. 1,5 м. Таргимский храм находится в нескольких десятках метров от церкви Алби-Ерды, и, возможно, использование при его строительстве половины модуля должно было подчеркнуть его иерархически более низкий статус по сравнению с Алби-Ерды.

Модульный анализ этих трех храмов показал, что немаловажное значение для строителя, как и в Византии, имело внутреннее пространство церкви, поскольку все размеры отложены изнутри, по направлению от алтаря к западной стене храма. Ширина церквей, согласно распространенному в странах Византийского мира правилу, равна двум модулям (две глубины алтаря). В храме Тхаба-Ерды членение пространства поперечными арками также соответствует модульной разбивке - четыре части храма = четырем модулям, модулю равны также ширина боковой галереи и нартекс.

Примечательно, что модуль, равный 3 м, обнаружен в «алтарных» частях остальных больших церквей этой территории, не имеющих алтарной апсиды, - Дэлитэ, Тумгой-Ерды, Маги-Ерды, Дзорах-Дэла, Дошхакле. «Алтарная» часть в них - это прямоугольной формы восточная часть церкви, имеющая престол, нишу или иной сакральный элемент. В группе небольших храмов использован как целый модуль, так и половинка. Преимущественно применялась внутренняя разбивка, однако частым явлением была смешанность внутренней и внешней разбивки, например, храмы Тушоли, Кок, Мецхали и над Дошхакле. Характерные для храмов рассматриваемой территории поперечные стрельчатые арки в церквях этой группы расположены также в соответствии с модулем или его половинкой. Толщина стен храмов в большинстве своем равна 0,7 м.

Закономерно встает вопрос о единице измерения, послужившей основой для модуля. Трем метрам соответствует византийская сажень в 10 футов - согласно П. Ундервуду, самый распространенный в Византии церковный модуль, служивший основой для макрометрических размеров. П. Ундервуд пишет о том, что размеры большинства ранневизантийских церквей были кратны 10 футам, к тому же выводу относительно древнерусских церквей приходит и Л. Н. Большаков. Тхаба-Ерды - самый ранний храм в Ассинской котловине, самая почитаемая святыня, вполне возможно допустить, что остальные храмы на этой территории «мерили» Тхаба-Ерды, поэтому сакральный модуль 3 м применен во всех остальных храмах, уже не имевших алтарных апсид и отразивших изменения в христианском мировоззрении населения. Использование того же модуля в виде его половинки в столпообразных святилищах, по моему мнению, свидетельствует об одновременном построении их с церквями без апсид. Наличие крупных, более мелких и не имеющих доступа во внутреннее пространство церквей говорит об иерархии этих сакральных сооружений в соответствии с их значимостью, а не об угасании строительного мастерства и христианской веры, как считали некоторые исследователи. Небольшие отклонения в размерах модуля от 2,8 до 3,1 м, полгаю, свидетельствуют, как отмечалось выше, о наличии в каждом селении собственной сакральной меры, примерно сходной с эталонной.

Анализ модулей церквей Кабардино-Балкарии выявил преимущественное использование модуля в 1,5 м (т. е. около 5 византийских футов) и внутреннюю разбивку церкви. При этом в церквях, имеющих алтарную апсиду (селение Актопрак, церковь Хустос, селение Верхний Чегем, часовня над селением Нижний Чегем), разбивка произведена на основе уже упоминавшегося византийского правила - ширина церкви равна двум глубинам алтаря. По этому же принципу разбита имеющая безапсидный алтарь церковь № 1 селения Верхний Чегем. В двух балкарских церквях - в селении Курноят и селении Джабоево использован модуль 2 м с внешней разбивкой. Объекты эти представляют собой небольшие сооружения, практически лишенные внутреннего пространства, чем, вероятно, и обусловлена была внешняя разбивка. Модуль 2 м и внешняя разбивка объектов использованы в прямоугольных склепах комплекса «Фардык» селения Верхний Чегем. Прямоугольные склепы комплекса «Фардык» по предположению некоторых исследователей также являлись церквями-капеллами. В пользу подобного предположения свидетельствует и ориентация этих сооружений на восток, и выявленная в последнее время более ранняя их датировка - X-XI вв.

На территории Осетии обнаружены индивидуальные особенности применения модулей: использование нескольких модульных размеров - 3 м, 2 м, 1,3 м, а также преимущественно внешняя разбивка храмов. При этом во всех объектах конкретного ущелья применялся один и тот же модуль, с соблюдением принципа иерархии, проявлявшего в размерах.

В бассейне р. Ардон, в Мамисонском и Зругском ущельях, расположены относительно крупные храмы, имеющие характерную для закавказских церквей форму плана. Это зальные церкви со вписанной апсидой и членением пространства поперечными арками, опирающимися на пилястры (церкви в селениях Тли, Хозитыкау (Зругский храм), селение Верхний Зарамаг). В этих храмах очень четко прослеживается использование модуля 3 м, внутренняя разбивка по византийскому принципу.

Трехметровый модуль применен также в церквях Дигорского ущелья (Фараскат, Галиат, Донифарс, Камунта). По принципу построения внутреннего пространства, способу разбивки, использованию трехметрового модуля, а также по наличию столпообразных монументов эти объекты близки храмам Ингушетии. Причем размеры и расположение столпообразных монументов также базируются на трехметровом модуле. Подобное сходство представляется удивительным, учитывая взаиморасположение этих территорий.

Наиболее распространенным модулем, применявшимся в церквях на территории Осетии, является двухметровый модуль. Он обнаружен в храмах Трусовского и Кобанского ущелий бассейна р. Гизельдон (селения Суатиси, Даргавс, Хуссар-Хицнаг), а также в Алагирском ущелье (селения Дагом, Архон, Цамад, Тапанкау, Регах). В этих храмах использована внешняя разбивка и применен принцип иерархии. Особенно он заметен в объектах, расположенных в одном селении, например, культовые комплексы в Архоне и Суатиси. Двухметровый модуль обнаружен нами в грузинских церквях селений Сансута и Гавети, при этом композиционная схема планов данных церквей имеет очень большое сходство с церквями бассейна р. Гизельдон.

Двухметровый модуль использован при разбивке всех четырех церквей селения Верхний Джулат на р. Терек (ныне селение Эльхотово), а также крипт и так называемых мавзолеев, расположенных рядом с ними. Относительно времени сооружения церкви в селении Верхний Джулат существует несколько точек зрения. В. А. Кузнецов и А. И. Крупное датировали их в пределах XII-XIII вв. Учитывая использование во всех церквях одного и того же модуля, все они, на мой взгляд, построены в одно время, т. е, в пределах жизни одного поколения. Обращает на себя внимание сходный способ разбивки. Во всех четырех церквях длина отложена не от основания апсиды, а с отступом, от наружных ее заплечий. Ширина всех церквей, кроме церкви № 4, равна двум глубинам апсиды или двум модулям, что соответствует рассмотренному выше византийскому принципу. Габаритные размеры всех своеобразных пристроек этих храмов также базируются на модуле 2 м, и, следовательно, они построены одновременно с церквями.

Относительно предназначения пристроек существуют различные мнения. Ряд исследователей относит эти сооружения к католической церкви, Е. И. Крупное - к русской, некоторые считают их мусульманскими мавзолеями. Особенностью церквей № 1 и № 2 являются подалтарные крипты с наружным входом. В церкви № 1 - с севера, в церкви № 2 - с востока. Аналогичное сооружение имеется с южной стороны церкви № 4, также с восточным входом. Церкви № 3 и № 2 имеют западные помещения, называемые исследователями мавзолеями. Церковь № 1 имеет круговой обход, завершающийся дополнительным приделом с юга. В плане она отдаленно напоминает грузинские и армянские церкви с обходом, в которых, однако, никогда не было прохода за алтарем. Ширина обхода также равна 2 м или 1 модулю.

Применение во всех этих церквях двухметрового модуля, по моему мнению, опровергает высказывавшиеся в литературе предположения, что эти церкви относились к Тмутаракани, так как в двух известных тмутараканских церквях выявлено использование тмутараканской сажени - 1,52 м. Двухметровый же модуль может быть идентифицирован с самой распространенной в странах Византийского мира саженью - 2,16 м, равной 7 футам. Особенности композиций планов церквей Верхнего Джулата, полагаю, отражают особенности христианского мировоззрения данной конкретной территории, возможно, смесь восточной и западной христианской идеологии. Тем более, что в период построения церквей здесь действовали миссионеры не только восточно-византийской, но и латинской церкви, и в непосредственной близости от Верхнего Джулата находился генуэзский город Бургусант, а через это селение шел известный торговый путь, используемый генуэзскими купцами.

В храмах Куртатинского ущелья бассейна р. Фиагдон выявлен модульный размер 1,3 м и внутренняя разбивка церкви. В церкви селения Дзивгис модульному размеру равна глубина апсиды. В селении Харисджин модульный размер отложен до престола, на котором был установлен крест. Разбивка церквей не соответствует византийскому принципу. Ширина церкви в Дзивгисе и Харисджине равна 3 модулям, длина - 5 модулям, в селении Гули - соответственно 2 и 4 модулям. Размеру 1,3 м соответствуют наружные высоты дверей - входов в храмы этого ущелья. Наиболее древним в ущелье считается храм селения Андиатыкау, его ширина равна 1 модулю. Наиболее значимая и почитаемая - церковь селения Дзивгис. Иерархия по размерам выстраивается следующим образом: Андиатыкау, Лац, Гули, Харисджин, Дзивгис. Интересно, что знаменитая Нузальская часовня в Алагирском ущелье построена с использованием такого же модуля, 1,3 м, отношение ширины к длине ее равно 1 : 3.

Величина 1,3 м, равная двум «адаи», широко распространена в домостроении осетин и не приравнивается ни к одной из византийских саженей. Однако она упоминается в литературе как одна из используемых саженей в строительном деле Руси.

Подводя итог проведенному модульному анализу, необходимо отметить следующее:

  • Рассмотренные территории являлись глубокой провинцией христианского мира, а строящиеся здесь храмы - отражением своеобразного христианского мировоззрения со значительной долей дохристианских представлений. В связи с этим при строительстве церквей не использовалась образцовая схема плана, характерная для христианского храмостроения, на данной территории возникали свои пространственные схемы храмов. Несмотря на это, при разбивке подобных сооружений применялись модули, равные используемым в Византийском мире саженям C м, 2,1 м, 1,5 м, равные соответственно 10, 7, 5 византийским футам). Наиболее распространенным был модуль 3 м. На территории Осетии в Куртатинском ущелье выявлен невизантийский модуль 1,3 м, равный двум «адли». Можно провести аналогию его также с армянской саженью 1,33 м, равную 5 армянским футам по 26,8 см
  • В результате модульного анализа подтвержден предполагаемый способ разбивки церкви на местности, заключающийся в том, что габаритные размеры храма определялись на основе сакральной величины - модуля. Сакральной чаще всего являлась глубина алтарной апсиды, при этом обычно использовался византийский способ разбивки церкви - ширина равна двум глубинам апсиды. Следует отметить тот факт, что алтарную апсиду имели далеко не все храмы, построенные на данной территории. Однако в каждом локальном случае, чаще всего в определенном ущелье, церковь с апсидой была; и именно ее алтарь оказывался тем сакральным модулем, которым «мерили» все остальные культовые объекты ущелья, уже не имевшие апсид. В Ассинской котловине это церковь Тхаба-Ерды, в Мамисонском ущелье это могла быть церковь селения Тли, в Куртатинском ущелье - церковь селения Дзивгис, в бассейне р. Гизельдон - Таранджелос в селении Суатиси, в Чегемском ущелье - церковь селения Актопрак. Судя по всему, церкви с алтарной апсидой были построены в более раннее время, чем все остальные в конкретном ущелье. Эти объекты также можно считать относящимися к христианской архитектуре, так как при строительстве остальных объектов, даже лишенных внутреннего пространства, использовался тот же сакральный модуль
  • В каждом ущелье наряду с сакральным модулем применялся принцип иерархии объектов по их значимости при помощи градации размеров. В менее значимых объектах для определения габаритных размеров использовались части сакрального модуля - 1/2 или 1/3
  • Характерная особенность храмостроения рассматриваемой территории заключалась в применении внутренней разбивки церквей. Особенно это касается ширины храма. Однако в ряде случаев использовалась внешняя разбивка. По моему мнению, это было связано с изменением отношения в данном случае к сакральной функции храма. Более значимым становилось не внутреннее пространство храма, а его «влияние» на окружающую территорию, т. е. его градостроительное положение. Это связано с горским дохристианским понимаем роли святилища - оно было «хранителем» ущелья или его части. При этом храмом являлась территория вокруг объекта, а алтарем - его внутреннее пространство
  • Что касается вопроса о применении внешнего образца при строительстве церквей на данной территории, то проведенный анализ показал, что образцы привносились лишь для храмов, имеющих апсиды. Причем нельзя однозначно утверждать, из какого центра был привнесен образец, так как и он подвергался изменениям на месте в соответствии с необходимой функцией пространства церкви
  • В целом можно заключить, что величина сакрального модуля привносилась в различные регионы рассматриваемой территории из сопредельных конфессиональных центров. Эта величина не являлась дохристианской сакральной величиной и не использовалась в домостроительном, башенном или склеповом зодчестве, несмотря на то что другие элементы маркировки дохристианских святынь в храмостроение привносились: отпечатки рук, орнамент, рога, скульптуры голов баранов, петроглифы, голгофы, а также архитектурно-строительные приемы и конструкции. В каждом ущелье Северного Кавказа формировались свои архитектурно-планировочные особенности церквей, но разбивка их велась на основе привнесенной сакральной величины - модуля, и поэтому сохранялось тождество размеров с используемыми в Византийском мире саженями.


БИБЛИОТЕКА

Предисловие
Распространение христианства, местоположение храмов в структуре поселений
Литература

ДАГЕСТАН
Христианские памятники Хазарии VI—VIII вв.
Христианские памятники X—XIV вв. на территории Дагестана
Литература

ИНГУШЕТИЯ
Главная святыня нахче - храм Тхаба-Ерды X-XI вв.
Комплексы Алби-Ерды и Таргимского храмов XI-XII
Комплексы храмов общепатронимического значения XIII-XIV вв.
Комплексы храмов патронимического значения (Сели-Дэла-Тушоли) XIII-XIV вв.
Родовые храмы XIII—XIV вв.
Литература

ОСЕТИЯ

Христианские церкви Двалетии XI в.
Храмы Дигории XIII в.
Культовые объекты Восточной Алании XIII—XV вв.
Храмы Верхнего Джулата XIII—XIV вв.
Литература

КАБАРДИНО-БАЛКАРИЯ
Памятники Чегемского ущелья VI — XTV вв.
Памятники Хуламо-Безенгийского ущелья XI—XIII вв.
Памятники Балкарского ущелья XI—XIII вв.
Литература

КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕСИЯ
Памятники христианской архитектуры Алании
Одноапсидные зальные церкви Центральной Алании Х-XIII вв.
Крестово-купольные храмы Алании X в.
Литература

КРАСНОДАРСКИЙ КРАЙ
Христианские епархии на территории Степного Предкавказья и Северного Причерноморья в VI-XV вв.
Храмы Зихии VIII—XIII вв.
Храмы Западной Алании XI-XIII вв.
Храмы Тмутаракани XI — XII вв.
Литература

ПРИНЦИПЫ ФОРМИРОВАНИЯ АРХИТЕКТУРЫ ХРИСТИАНСКИХ ХРАМОВ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА ПЕРИОДА СРБДНЕВЕКОВЬЯ
Сакральные модульные размеры в храмостроительстве Северного Кавказа и Северного Причерноморья
Роль образца в христианском храмостроении Алании X—XI вв. и строительство храмов типа «вписанный крест»
Особенности архитектуры христианского храма типа «свободный крест» на Северном Кавказе
Литература
Заключение
Список изученных памятников

БИБЛИОТЕКА
Христианство на Северном Кавказе до XV века








Рейтинг@Mail.ru Использование контента в рекламных материалах, во всевозможных базах данных для дальнейшего их коммерческого использования, размещение в любых СМИ и Интернете допускаются только с письменного разрешения администрации!